"Досье" спецслужб...

Все,что связано со Второй Мировой войной и затрагивающее Инстербург

Модератор: Wandragor

Аватара пользователя
Nick
Участник
Сообщения: 426
Зарегистрирован: 01 авг 2005, 11:06
Откуда: Черняховск-Москва
Контактная информация:

Сообщение Nick » 14 дек 2005, 11:49

Штурм Инстербурга, каптуляция фашисткой Германии не поставили точку в войне. Многие годы целые регионы Советского Союза лихорадило от непримиримых борцов с советской властью. Не обошла эта беда и Восточную Пруссию ....

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 14 дек 2005, 14:07

Nick, как несложно догадаться, эта тема – специальное приглашение для меня. Ну, что ж, я не против, но только моё повествование будет не столько о пресловутых «лесных братьях», сколько о фронтовой доблести войск НКВД-МВД-МГБ СССР.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Автор - полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ,
руководитель Калининградского корпункта
Объединённой редакции МВД России, член Союза журналистов РФ

ВОИНСКИЕ ФОРМИРОВАНИЯ НКВД СССР В БОЯХ
ЗА СТОЛИЦУ ВОСТОЧНОЙ ПРУССИИ
Одна из самых малоизученных страниц Восточно-Прусской стратегической наступательной операции – непосредственное участие в штурме города-крепости Кёнигсберг воинских формирований НКВД СССР.
А заслуги эти, поверьте, более чем весомые. Причём они разноплановые. Условно их можно разделить на косвенные и прямые. Своё повествование начну с косвенных. И первая из них - это тот неопровержимы исторический факт, что целый ряд воинских формирований Красной Армии, добивавших фашистского зверя в его же логове, родом из… Наркомата внутренних дел СССР.

Родом из… НКВД
Как известно, в годы Великой Отечественной войны союзный Наркомат внутренних дел специально сформировал для Красной Армии или же передал ей из своего состава в общей сложности 32 полнокровные стрелковые дивизии и одну общевойсковую армию. Речь в последнем случае идёт об Отдельной армии войск НКВД СССР, вошедшей в историю Второй мировой, как 70-я общевойсковая. Это воинское объединение, к слову, ярко отличилось и в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции.
А вот из названных выше тридцати двух соединений, ведущих свою родословную от НКВД СССР, в боях за Восточную Пруссию непосредственное участие принимали не менее шести (46-я, 102-я, 154-я, 250-я, 251-я и 16-я гв.), в том числе одна из них - 16-я гвардейская стрелковая Карачевская ордена Ленина, Краснознамённая, ордена Суворова 2-й степени дивизия (36 гв. ск 11-й гв. А 3-го БелФ) – непосредственно в штурме Кёнигсберга.
16-я гвардейская, как, впрочем, и 250-я и 251-я стрелковые дивизии, была сформирована в июне-июле 1941 года в Московском военном округе на основании приказа Лаврентия Берии от 29 июня 1941 года «О формировании наркоматом пятнадцати стрелковых дивизий для передачи в действующую армию». При этом 16-я гвардейская, напомним, формировалась как 249-я стрелковая. Гвардейской она уже стала на Калининском фронте в феврале 1942 года.
Костяк всех пятнадцати дивизий, в том числе 249-й (будущей 16-й гвардейской), 250-й и 251-й, тогда составили военнослужащие кадрового состава внутренних и пограничных войск НКВД СССР: тысяча человек рядового и младшего начсостава (то есть рядовых и сержантов) и пятьсот человек среднего, старшего и высшего командно-начальствующего состава (то есть офицеров) в каждой. Остальные – это военнообязанные, призванные из запаса, причём преимущественно из числа лиц, прежде проходивших срочную военную службу именно в войсках ОГПУ-НКВД.

Пролёг путь объединения через Кёнигсберг
И ещё один малоизвестный для большинства калининградцев факт: современный Московский округ внутренних войск МВД России - кровный побратим Калининграда. Доказательства тому следующие: данный округ был воссоздан на базе Центрального Оршанско-Хинганского Краснознамённого управления внутренних войск МВД России (ранее – МВД СССР), которое в свою очередь было создано в 1986 году путём реорганизации одноименной конвойной дивизии из войскового соединения в объединение. Сама же эта дивизия была сформирована в октябре 1945 года на базе 192-й стрелковой Оршанско-Хинганской Краснознамённой дивизии Красной Армии, унаследовав при этом награды и почётные наименования последней. А несколькими месяцами раньше, как известно, эта самая сто девяносто вторая стрелковая под командованием полковника (с 5 мая 1945 года – генерал-майор) Луки Басанца в составе 113-го стрелкового корпуса 39-й армии участвовала в Прибалтийской (1944) и Восточно-Прусской (1945) стратегических наступательных операциях, в том числе и в штурме города-крепости Кёнигсберг.
И ещё одна ниточка, исторически прочно связывающая Московский округ внутренних войск с нашим янтарным краем: в период с начала 1950-х годов и до ноября шестьдесят седьмого все дислоцировавшиеся на калининградской земле конвойные части внутренних войск организационно входили в состав отдельной Оршанско-Хинганской Краснознамённой конвойной дивизии МВД СССР, то есть будущего Московского округа внутренних войск МВД России.
В ходе работы над данной статьёй автору стало известно и том, что в том же октябре 1945 года и там же в Маньчжурии в соединение конвойных войск НКВД СССР была преобразована и другая стрелковая дивизия, ярко отличившаяся в ходе штурма-города крепости Кёнигсберг, - 124 стрелковая (3-го формирования). На первую половину 1945 года она, напомним, входила в состав 94-гострелкового корпуса 39-й армии. Но её боевой путь в составе внутренних войск отечественного МВД для автора пока тайна…

Имя им - Полководцы
И вторая косвенная заслуга – это целая плеяда выдающихся полководцев, военачальников и Героев, воспитанных для Красной Армии органами и войсками правопорядка. Немало их в силу сложившейся фронтовой судьбы приняло участие и в разгроме Восточно-Прусской группировки противника. Назовём лишь некоторых, как принято говорить, самых именитых. Итак:
Из числа военачальников фронтового звена:
- заместитель командующего 3-м Белорусским фронтов (25 февраля-5 апреля 1945 года одновременно – командующий Земландской оперативной группой войск) Герой Советского Союза генерал армии Иван Христофорович Баграмян (впоследствии – Маршал Советского Союза, дважды Герой Советского Союза): в декабре 1915-июле 1916 гг. – нижний чин в рядах Отдельного корпуса пограничной стражи Министерства финансов Российской Империи.
Из числа командармов:
- командующий 18-й воздушной армией главный маршал авиации Александр Евгеньевич Голованов: в 1924-1933 гг. – сотрудник органов госбезопасности и военнослужащий войск ОГПУ, в том числе в Дивизии особого назначения при Коллегии ОГПУ (будущей имени Ф.Э. Дзержинского).
Из числа комкоров:
- командир 113-го стрелкового Тильзитского Краснознамённого корпуса (39-й А 3-го БелФ) - генерал-майор Николай Николаевич Олешев: в Гражданскую войну – чекист, а с 1926 по осень 1941 гг. – военнослужащий войск ВЧК-ОГПУ-НКВД, профессиональный пограничник. Впоследствии - Герой Советского Союза, генерал-лейтенант. В состав возглавляемого им 113-го корпуса, напомним, входила и уже озвученная выше 192-я стрелковая Оршанско-Хинганская Краснознамённая стрелковая дивизия.
Среди комдивов:
- командир 307-й стрелковой Новозыбковской Краснознамённой, ордена Суворова 2-й степени дивизии (81-й ск 50-й А) – генерал-майор Василий Никитич Далматов: профессиональный пограничник, до июля 1941 года – начальник Управления пограничных войск НКВД Карело-Финской ССР;
- командир 324-й стрелковой Верхнеднепровской Краснознамённой дивизии (69-й ск 50-й А) – полковник (с 11 июля 1945 года – генерал-майор) Иван Корнилович Казак: на службе в войсках ОГПУ-НКВД с 1920-х гг. по осень 1941 года, профессиональный пограничник. Впоследствии - советский военный атташе в Польше;
- командир 343-й стрелковой дивизии (2-го формирования) 81-го стрелкового корпуса 50-й армии 3-го Белорусских фронта генерал-майор Александр Львович Кроник.
Командиры полков (но только из числа Героев Советского Союза):
- генерал-майор Анатолий Иванович Банкузов (5-я гв. сд 8-го гв. ск 11-й гв. А 3-го БелФ). Воспитанник внутренних войск. В декабре 1951-июне 1956 гг. – командир 1-й гвардейской мотострелковой Пролетарской, Московско-Минской ордена Ленина, Краснознамённой, ордена Суворова 2-й степени и Кутузова 2-й степени дивизии 11-й гвардейской армии Прибалтийского военного округа;
- полковник Николай Петрович Титов (5-я гв. сд 8-го гв. ск 11-й гв. А 3-го БелФ). Профессиональный пограничник.

Золотые Звезды ВВ и ПВ
Не менее одиннадцати воспитанников войск и органов правопорядка удостоились звания Героя Советского Союза за подвиги, совершённые в рядах Красной Армии в ходе штурма Кёнигсберга, в том числе легендарные для каждого калининградца Роман Романович Бабушкин, герой штурма 5-го форта (в послевоенный период - сотрудник уголовно-исполнительной системы, полковник внутренней службы в отставке) и Александр Евгеньевич Черёмухин, герой боёв за Кёнигсбергский зоопарк (в послевоенный период - сотрудник Курганской милиции).
Один из этих одиннадцати, младший сержант Владимир Михайлович Дровник, впоследствии погиб в боях на Земландском полуострове. Его могила находится в посёлке Взморье Светловского городского округа.
Немало бывших воспитанников войск правопорядка удостоилась в боях за Восточную Пруссию высшей награды Родины – ордена Ленина. И в их числе - 36-летний подполковник Хаим Мордухович Шкляр, командир 753-го стрелкового Минского Краснознамённого, ордена Суворова 3-й степени и Кутузова 3-й степени полка 192-й стрелковой Оршанской Краснознамённой дивизии. В период с 1931 по 1939 год этот отважный воин по комсомольской путевке проходил офицерскую службу на должностях политсостава в Минске в рядах 1-го Белорусского полка войск ОГПУ-НКВД СССР.
Его имя золотыми буквами вписано и в историю партизанского движения: в годы Великой Отечественной войны руководил в Белоруссии одним из первых на юге Гомельщины отрядов народных мстителей.
Вражеская пуля сразила подполковника 9 апреля 1945 года в момент, когда над руинами поверженного Кёнигсберга уже победно реяли красные стяги. Похоронен боевыми побратимами Хаим Мордухович был в литовском городе Кудиркос-Науместис.
Несколько (но точное число неизвестно) воспитанников и представителей органов и войск правопорядка, находясь в ходе боёв за Кёнигсберг, стали полными кавалерами ордена Славы, в том числе химинструктор 19-го артполка, а ныне генерал-майор украинской милиции в отставке Иван Семёнович Горшколепов.

Плечом к плечу с Красной Армией
Теперь вкратце о частях и соединениях НКВД СССР, принимавших участие в боях за Восточную Пруссию и об их прямых заслугах в разгроме Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск. Сразу оговорюсь, что наименования частей и соединений для удобства восприятия озвучиваются мною на момент завершающего этапа Восточно-Прусской стратегической наступательной операции. При этом, специально уточню, представленный список далеко неполный. В него включены только те в/ч, упоминания о которых удалось отыскать в открытой печати.
Управление войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта (включая одноименное управление Земландской оперативной группы войск). Начальник – генерал-лейтенант Иван Семёнович Любый. Этому управлению были подчинены:
- соединения и части внутренних войск: 57-я стрелковая дивизия внутренних войск НКВД СССР в составе 369-го, 370-го и 371-го стрелковых полков; 108-й стрелковый полк и 562-й стрелковый батальон внутренних войск НКВД СССР;
- пограничные в/ч (но не входящие в состав пограничных войск): 13-й Виленский ордена Александра Невского; 31-й и 33-й Кёнигсбергские ордена Красной Звезды; 86-й Кёнигсбергский; 132-й Минский ордена Красной Звезды (ныне – это калининградская в/ч внутренних войск) и 217-й; а также 102-я и 104-я отдельные манёвренные группы;
- а в оперативном отношении – подразделения 37-й дивизии конвойных войск НКВД СССР Управления внутренних войск НКВД СССР Белорусского округа. Данная дивизия, уточним, выполняла служебно-боевые задачи в оперативном тылу одноимённых Прибалтийских, Белорусских и Ленинградского фронтов по вооружённому этапированию вглубь освобождённой советской территории колонн с немецкими военнопленными, в том числе и захваченными в Кёнигсберге.
Отдел правительственной связи 3-го Белорусского фронта:
- 2-я отдельная ордена Красной Звезды бригада правительственной связи;
- 1-й отдельный полк правительственной связи (Земландская оперативная группа войск);
- 7-й отдельный ордена Александра Невского полк правительственной связи.
Части НКВД СССР, призванные выполнять функции радио- и радиотехнической разведки, а также осуществления радиоэлектронной борьбы:
– 3-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР;
- 131-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (в/ч 55295);
- 226-й отдельный радиодивизион ОСНАЗ (в/ч 05369);
- 474-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (в/ч 30695);
- 513-й отдельный радиодивизион ОСНАЗ (в/ч 39570).
Кроме того, при командовании 3-го Белорусского фронта с января 1945 года функционировал аппарат Уполномоченного НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте, возглавляемый лично комиссаром госбезопасности 1 ранга Виктором Семёновичем Абакумовым, начальником Главного управления военной контрразведки «Смерш» (он же -- заместитель наркома обороны СССР, то есть И.В. Сталина), а при штабе Земландской оперативной группы войск сразу два аппарата – Уполномоченного НКВД СССР по данной войсковой группе (руководитель – комиссар госбезопасности 2 ранга Иван Максимович Ткаченко) и Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии (до 10 мая 1945 года руководителя не имел, будучи в непосредственном подчинении В.С. Абакумова).
Напомню, что институт уполномоченных НКВД СССР на фронтах был создан на основании приказа НКВД СССР № 0016 от 11 января 1945 года «для обеспечения очистки фронтовых тылов действующей Красной Армии от вражеских элементов». Одновременно на занятой советскими войсками территории зарубежных государств они должны были заниматься созданием местных органов власти, а, следовательно, и вовлечением местного населения в процесс налаживания мирной жизни.
Уполномоченные НКВД СССР на фронтах имели по два штатных заместителя – одного в лице начальника фронтового управления «Смерш» и второго в лице начальника фронтового управления войск НКВД СССР. Таким, образом, заместителями у И.С. Абакумов с января 1945 года и до конца войны были генерал-лейтенанты Павел Васильевич Зеленин, начальник Управления контрразведки «Смерш» 3-го Белорусского фронта, и Иван Семёнов Любый, начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта.

Их Знамёна не запятнаны
Но прежде чем перечислить заслуги воинских формирований НКВД СССР в деле разгрома Кёнигсбергского гарнизона, необходимо сказать о том, какие задачи этими формированиями вопреки прочно бытующему даже в литературе и кино расхожему мнению никогда не выполнялись. Это – роль пресловутых заградотрядов, а также якобы функции по охране всевозможных штрафных подразделений Красной Армии. И заградотряды (а чаще всего это были именно одноимённые штатные в/ч Красной Армии, но подчинённые органам контрразведки «Смерш») и постоянный состав штрафных рот и батальонов комплектовались исключительно военнослужащими Наркомата обороны и подчинялись только командованию Красной Армии, а не войскам НКВД. Органы же «Смерш», напомню, были штатной структурой именно НКО, а не НКВД или НКГБ.
Выполнять подобные задачи войска НКВД СССР не могли уже как в силу своего боевого предназначения, так и в силу своей штатной организации. В первом случае необходимо пояснить, что охрана тыла действующей армии войсками НКВД осуществлялась методом распыления стрелковых подразделений (стрелковый батальон – погранзастава - КПП) на широком как по фронту, так и в глубину участке местности. В результате каждый пограничный или стрелковый полк ВВ «обслуживал» в среднем две соседние армии, то есть его полторы тысячи штатных штыков «размазывались» на площади от двухсот до шестисот километров по фронту и до ста километров в глубину.
Ну, а во втором случае, нельзя забывать о том, что основным звеном в войсках НКВД СССР по охране тыла действующей армии была самостоятельно оперирующая у линии фронта (то есть действующая в отрыве и нередко на большом удалении от ядра части) пограничная застава в 50 штатных штыков и лишь в редком случае – стрелковая рота, если речь идёт о стрелковом полке внутренних войск, но чаще – разведывательно-поисковая группа (как правило, это усиленный взвод) от стрелковой роты ВВ.
На совести войск НКВД СССР нет и приписываемых им отдельными псевдоисториками преступлений против человечности, совершённых якобы против немецкого населения. Доказательством тому может служить уже хотя бы сам характер специально-боевой подготовки личного состава погранполков накануне их участия в Восточно-Прусской стратегической наступательной операции. В частности, как свидетельствуют архивные документы, накануне передислокации из Прибалтики в Восточную Пруссию с личным составом этих частей были проведены трёхдневные практические занятия по темам: с помощниками начальников застав - «Организация службы на охраняемом участке» и «Ликвидация вооружённой банды, засевшей в отдельном строении»; с сержантским составом – «Порядок конвоирования задержанных»; с личным составом контрольно-пропускных пунктов и сотрудниками военно-контрразведывательного аппарата – «Ухищрения, применяемые агентурой противника с целью маскировки своей преступной деятельности в нашем тылу» и «Новые признаки распознавания поддельных документов, которыми противник снабжает своих агентов».
Одновременно политработниками во всех подразделениях были проведены партийные и комсомольские собрания с повесткой дня: «Повышение бдительности и особенности несения службы на территории Восточной Пруссии».
А непосредственно накануне 6 апреля во всех подразделениях частей войск НКВД СССР, привлечённых к участию штурма города-крепости Кёнигсберг, прошли партийные и комсомольские собрания с повесткой дня: «Задачи коммунистов и комсомольцев в период штурма города Кёнигсберг». Кроме того, политработниками и представителями партийно-комсомольского актива с личным составом были проведены беседы на темы: «Моральный облик воина-пограничника», «Кто ослабляет дисциплину и теряет бдительность, тот совершает преступление перед Родиной» и «Бдительность – наше оружие».

Вклад воинских формирований НКВД СССР, относящихся к числу правоохранительных, – войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии, аппаратов Уполномоченных НКВД СССР – на 3-м Белорусском фронте, в Земландской оперативной группе войск и по Восточной Пруссии
(но при самом тесном взаимодействии их с органами «Смерш»)
1. В период с февраля 1945 года и вплоть до завершения штурма Кёнигсберга не только надёжно защитили тыл, коммуникации войск Земландской оперативной группы плюс сам штаб генерала армии И. Баграмяна от происков гитлеровской агентуры и прочих враждебных элементов, включая диверсантов-террористов, но и обеспечили, тем самым скрытность и неотвратимость по отношению к противнику оперативно-стратегических замыслов высшего советского командования.
А это, между прочим, сотни тысяч спасённых жизней советских солдат. На языке спецслужб подобная служебно-боевая деятельность именуется борьбой со шпионажем. И в частности:
а) Уже в середине февраля части войск НКВД СССР по всему периметру осаждённого Кёнигсберга осуществили целый ряд режимных мероприятиях, в том числе и связанных с отселением из прифронтовой полосы немецкого гражданского населения. Кстати, последнее позволило советскому командованию, хотя эта задача, понятно, и не рассматривалась им тогда как первостепенная, сохранить сотни и тысячи жизней немецких граждан.
Так, например, только из полосы обороны 39-й и 43-й армии и только 31-м пограничным ордена Красным Звезды полком войск НКВД СССР, начиная с 16 февраля, было депортировано в безопасную зону 10132 человека из числа местного немецкого населения.
б) В течение февраля-марта сорок пятого удалось максимально нейтрализовать в районе Кёнигсберга активность вражеской агентуры и лазутчиков, в том числе не допустить в нашем тылу широкомасштабной партизанской войны, к развёртыванию которой, к слову сказать, нацистские власти Восточной Пруссии готовились давно и основательно. А в качестве иллюстрации – факт, почёрпнутый из Исторического формуляра уже упоминавшегося выше 31-го погранполка: в период с 26 по 30 марта 1945 года его 3-й стрелковый батальон осуществил чекистско-войсковую операцию на стыке лесных массивов «Штаатсфорст» и «Грайбен» (северо-западное предместье осаждённого Кёнигсберга), где укрывалась диверсионно-разведывательная группа противника численностью в десять человек.
Итог операции: трое вражеских лазутчиков убиты, а остальные семеро пленены, причём произошло это, когда последние, переодевшись в советскую военную форму, пытались «раствориться» в массе военнослужащих из расположенных в этом районе воинских частей 39-й и 43-й армий.
Одновременно батальон выявил и уничтожил пять принадлежавших разгромленной бандгруппе лесных бункеров, а также захватил богатые трофеи в виде сорока килограммов взрывчатки, тридцати мин, 62-х гранат (в том числе двенадцати противотанковых), двенадцати единиц огнестрельного оружия (шести автоматов, пяти винтовок и одного пистолета), ящика с запалами и взрывателями, 5800 штук различных патронов, одной радиостанции.
А это уже строки из раздела «Служба и участие в походах и боях» Исторического формуляра современного 110-го (Анадырского) пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда (бывший одноимённый 33-й погранполк), «в период штурма (январь-апрель 1945 года) частями Красной Армии города-крепости Кёнигсберг, погранполк, следуя неразрывно за боевыми порядками Красной Армии, задерживал и разоружал мелкие группы противника, оставшиеся в тылу боевых порядков Красной Армии и готовящихся нанести удар в спину штурмующим частям. Принимал под охрану государственные предприятия с их материальными ценностями, а также нёс службу заграждения выходов из г. Кёнигсберг в южном и юго-западном направлениях, очищал занятые районы города от враждебного элемента.
В результате оперативно-служебной деятельности на территории Восточной Пруссии выявлены и задержаны две диверсионно-террористические группы, состоящие из подростков - членов фашистской организации Гитлерюгенд в р-не д. Поироджкен».
Напомню, что в ходе осады Кёнигсберга штаб 33-го погранполка дислоцировался в городе Лёвенхагене (ныне – посёлок Комсомольск Гвардейского района), а его стрелковые батальоны – в боевых порядках 11-й гвардейской армии.
в) Войска НКВД СССР, как тогда принято было говорить, железной рукой навели революционный порядок в оперативном тылу действующей армии. Так, только служебными нарядами всё того же 31-го погранполка и только в период с 16 февраля по 19 апреля 1945 года (но без учёта участия его личного состава в штурме Кёнигсберга) на Земландском полуострове, в непосредственной близости от предместий Кёнигсберга было выявлено и задержано 3213 человек и, в том числе: германских подданных, уклонившихся от мобилизации в немецко-фашистскую армию, – свыше 990; членов нацистской партии – 662; дезертиров из рядов Красной Армии – 153; советских военнослужащих, отставших от своих частей, - свыше 60; членов фолькштурма – 18; агентов вражеской разведки – 8; изменников Родины – 2; граждан иностранных государств – свыше 27; советских граждан, пребывавших на территории Восточной Пруссии в немецком рабстве, - свыше десяти.
2. Уполномоченный НКВД СССР на 3-м Белорусском фронте комиссар госбезопасности 1 ранга В.С. Абакумов и его аппарат, поскольку это была их исключительная прерогатива, ещё в конце марта организационно оформили и сформировали будущие советские военные комендатуры Кёнигсберга, призванные заниматься делами гражданского управления.
Эти комендатуры, как известно, развернули свою созидательную работу уже в первые часы после официальной капитуляции гарнизона Кенигсберга, чем прочно вошли в добрую память и местного немецкого населения, и современных калининградцев.
3. Войска НКВД СССР и три оперативные группы аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии непосредственно участвовали в боевых действиях по овладению советскими войсками столицей Восточной Пруссии - Кёнигсбергом.
Двигаясь сразу за цепями пехоты, а в ряде случаев – и впереди них, Кёнигсберг штурмовали:
- погранполки: 13-й Виленский (в полосе 39-й армии), 31-й ордена Красной Звезды (в полосе 11-й гв. и 50-й армий), 33-й ордена Красной Звезды (в полосе 11-й гв. армии), 86-й (в полосе 43-й и 50-й армий), 132-й Минский (с рассвета 9 апреля – в полосе 11-й гв. армии) и 217-й (охрана тыла по периметру города и выполнение военно-конвойных функций по отношению к немецким военнопленным);
- манёвренные группы пограничных войск: 102-я и 104-я (но сектора, в которых они действовали, пока неизвестны);
- части внутренних войск: 108-й стрелковый полк ВВ НКВД СССР (подробности его боевой деятельности также пока неизвестны);
- три сводных чекистско-войсковых отряда (по одному в полосе наступления 11-й гвардейской, 43-й и 50-й армий) аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Говоря современным языком, эти отряды выполняли роль своеобразного чекистско-войскового спецназа.
Задачи, которую в ходе штурма выполняли все эти правоохранительные формирования. Это - захват и дальнейшее сохранение особо важных документов и объектов вражеских органов управления и разведки; выявление и захват тех немецких военнослужащих и нацистских чиновников, чьи показания могли потенциально представлять повышенный оперативный интерес; ликвидация остававшихся в нашем тылу очагов вооружённого сопротивления; охрана главных коммуникаций наступающих войск, выполнение военно-конвойных функций и, наконец, поддержание, как тогда было принято говорить, железного революционного порядка в непосредственном тылу наступающих советских подразделений (т.е. пресечение фактов дезертирства, мародёрства, издевательств над гражданским населением и военнопленными и т.д.).
Краткая (но имеющая документальное подтверждение) хроника:
13-й погранполк. В ходе штурма захватил в плен около двух тысяч фашистских солдат и офицеров.
33-й погранполк. В боевых цепях пехота 11-й гвардейской армии действовали пограничные заставы из его 1-го и 2-го стрелковых батальонов. Их главной задачей было немедленно брать под свою надёжную охрану главные коммуникации наступающих войск, а также отбитые у противника промышленные предприятия и административные здания, причём как принадлежащие военным, так и гражданских органам управления фашистской Германии. Так, пограничная застава младшего лейтенанта Мацюка из состава 1-го стрелкового батальона капитана Трофимова, не дожидаясь окончания в этом районе города уличных боёв, броском преодолела зону интенсивного огня противника и достигла здания государственного банка. В результате последний оказался захваченным ею со всеми находившимися внутри ценностями и денежно-валютными запасами.
Пограничная застава лейтенанта Шемчёнка безупречно организовала комендантскую службу на одной из главных коммуникаций 11-й гвардейской армии, чем надёжно защитила войсковой тыл наступающих на этом участке частей от любых внезапных нападений. Одновременно в течение двух первых дней штурма подчинённые этого доблестного офицера выявили и пленили в зоне своей ответственности 58 уже успевших переодеться в цивильную одежду вражеских солдат и офицеров, а также 69 человек из числа государственных чиновников и членов нацистской партии.
Пограничная застава лейтенанта Чуклинова, двигаясь сразу за спинами пехотинцев, в условиях тяжёлых уличных боёв выявила и пленила 1845 спрятавшихся от надвигающегося возмездия в подвалах, подземных коммуникациях и на чердаках гитлеровцев, среди которых оказалось и немало власовцев.
Пограничная застава старшего лейтенанта Маврина, действуя в оперативном тылу 36-го гвардейского стрелкового корпуса, на отбитых у противника улицах автоматным и гранитным огнём оперативно зачищала дома, в которых продолжали сохраняться очаги вооружённого сопротивления. Только пленными противник тогда потерял от её решительных действий 778 человек, в том числе 82 офицеров.
Всего 33-м погранполком в ходе штурма Кёнигсберга было пленено свыше трёх тысяч вражеских военнослужащих. Кроме того, были изобличены и задержаны сто восемьдесят пять членов нацистской партии и иных организаций фашистского толка, четверо вражеских агентов, два диверсанта и один полицейский.
132-й погранполк. В Кёнигсберг, совершив марш района замка Бальга, воины это части вошли на рассвете 9 апреля. Задача, которую получили от вышестоящего командования, - произвести зачистку юго-восточных кварталов Кёнигсберга, включая Понарт, от продолжающих здесь вооружённое сопротивление мелких разрозненных подразделений противника. Одновременно во взаимодействии с чекистами в кратчайший срок осуществить массовую фильтрацию гражданского населения этих городских кварталов, в том числе и в отношении выявленных здесь советских поданных.
Результат этой работы: среди десятков других военных преступников, изобличён личный секретарь Эриха Коха, гауляйтера Восточной Пруссии. Его выявили и задержали бойцы 13-й пограничной заставы. Нацист укрывался в большой группе мирных жителей Понарта, выдавая себя при общении с советскими солдатами за ярого антифашиста.
Воины же 1-го стрелкового батальона в потоке освобождённых из фашистского рабства советских граждан, возвращавшихся теперь с чужбины на Родину, вычислили и задержали гитлеровского агента с 30-летним стажем шпионской деятельности. Русским языком он владел в совершенстве, поскольку долге годы своей жизни на нелегальном положении провёл в Москве, Ленинграде и Харькове. По своему прямому предназначению использовался немецким командованием и сейчас – как разведчик-«нелегал» направлялся обратно на территорию Советского Союза.
4. Дата, напрочь забытая историками из Калининграда, а, вероятней всего, им просто неизвестная: с 11 по 19 апреля 1945 года войсками НКВД СССР с целью окончательного подавления вооружённого сопротивления гитлеровских войск, отказавшихся признать акт капитуляции, была произведена широкомасштабная зачистка Кёнигсберга. Фактически это был второй штурм Кёнигсберга!
Для этого комиссаром госбезопасности 1 ранга В.С. Абакумовым и генерал-лейтенантом И.С. Любым были привлечены:
- три погранполка: 31-й (действовал в центральном секторе правобережной части города - от современного проспекта Мира до улица Гагарина); 33-й (западный сектор левобережной части - от Понарта до современной улицы Киевская); 86-й (западный сектор правобережной части - от Метгетена до современного проспекта Мира);
- от внутренних войск - 57-я стрелковая дивизия ВВ НКВД СССР: весь восточный сектор по обоим берегам Прегели – от современной улицы Киевской до улицы Гагарина.
Как свидетельствуют архивные документы, только личным составом 31-го погранполка в течение тех восьми суток было захвачено и пленено в общей сложности 1555 солдат и офицеров противника, а также выявлено, обезврежено и передано в руки военных контрразведчиков 495 военных преступников, в том числе 194 члена вооружённых отрядов фолькштурма, 35 членов нацистской партии, пять сотрудников гестапо и один представитель вооружённых отрядов СА. При этом у пленённых было изъято на правах трофеев 2783 винтовки и карабина, 203 пулемёта,15 автоматов, 18 ящиков с гранатами, одна радиостанция.
В ходе зачистки города нередко имели место боестолкновения с нежелающими сложить оружие разрозненными группами гитлеровцев. В частности, как следует из Исторического формуляра всё того же 31-го погранполка, 6-й пограничной заставы, возглавляемая лично начальником данной погранзаставы лейтенантом Лейзером Ханимовичем Бродецким, в подземном переходе через подвалы домов по улице Шонштрассе (ныне – улица генерала Соммера на стыке её с улицей Пролетарской) подверглась нападению из засады.
Пограничники заняли оборону. В ходе завязавшейся огневой дуэли им удалось ответным огнём уничтожить двух гитлеровцев – офицера и солдата. Но поскольку превосходство в численности было у противника (не менее сотни штыков), а также в силу наличия двух раненных - лейтенант Л.Х. Бродецкий (получил смертельное ранение) и ефрейтор Солоницын (был легко ранен) - РПГ была вынуждена отступить. Через некоторое время, когда данный район оказался со всех сторон плотно блокированным 6-й заставой, схватка в подземелье продолжилась. На сей раз разведывательно-поисковой группе с помощью массированного применения в ближнем бою пулемётов и ручных осколочных гранат удалось достаточно быстро сломить отчаянное сопротивление противника, но вот, однако, продвинуться вглубь подземелья ей помешал внезапно вспыхнувший здесь от разрывов гранат пожар. Но он-то, этот самый пожар, и выполнил за пограничников их боевую работу – беспощадно уничтожил засевших в подземелье фашистов, а также находившийся при них солидный арсенал: кто-то из врагов погиб в огне и дыме, а кто-то от взрывов начавших детонировать в жарком пламени бессчётных ящиков с боеприпасами…
Говоря по-другому, враг дорого заплатил за смерть лейтенанта Л.Х. Бродецкого. На поверхность в разных местах Шонштрассе и прилегающих к ней улочек чудом удалось тогда выбраться не больше чем трём десяткам солдат противника, но они все тут же были выявлены, обезоружены и пленены нарядами 6-й пограничной заставы.

II. Вклад воинских формирований НКВД СССР, не относившихся к числу карательных, – органы и части правительственной связи, радиодивизионы ОСНАЗ и дивизионы специальной службы внутренних войск
а) Органы и части правительственной связи окончателньо вошли в состав НКВД СССР в январе 1943 года. Здесь были призваны заниматься строительством, восстановлением, эксплуатационным обслуживанием и охраной всех магистральных линий, используемых для правительственной ВЧ-связи между Ставкой Верховного Главнокомандующего и штабами фронтов и армий.
К сожалению, данная тема в бытность существования Советского Союза во многом была закрытной, в силу чего фамилии героев-связистов НКВД и документальные свидетельства их подвигов ещё ждут своих заинтересованных исследователей. Практически неизвестны они и мне, поэтому ограничусь констатацией факта, который удивит даже уважаемых ветеранов 11-й гвардейской армии: наш калининградский Центр правительственной связи, который существует и сегодня, но уже под эгидой Федеральной службы охраны РФ, был создан в ноябре 1945 года именно на базе узла правительственной связи легендарной для каждого из калининградцев 11-й гвардейской армии.
б) Радиодивизионы ОСНАЗ (а в ряде случаев отдельные из них именовались дивизионами специальной службы внутренних войск) осуществляли радиоперехват и глушение выходивших в эфир радиостанций противника.
В составе внутренних войск созданы были на основании приказа НКВД СССР № 002509 от 3 ноября 1942 года путём приёма из Главного разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии полевых управлений специальной службы и радиоподразделений особого назначения (ОСНАЗ).
Согласно Постановлению Государственного Комитета Обороны СССР от 16 декабря 1942 года, в составе внутренних войск НКВД СССР были сформированы радиодивизионы мешающего действия по забивке радиостанций противника на поле боя.
Как следует из материалов открытой российской печати, каждый радиодивизион ОСНАЗ организационно состоял из трёх передвижных радиоцентров и узла связи. Вооружение: 8-10 автомобильных радиостанций типа РАФ-КВ, предназначенных для постановки радиопомех, 18-20 разведприёмников типа «Вираж» и «Чайка», четыре радиопеленгатора типа 55 ПК-3А и «Штопор».
На вооружении 131-го отдельного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды радиодивизиона ОСНАЗ (в/ч 55295) 3-го Белорусского фронта, кроме того, имелась мощная станция радиопомех «Пчела», установленная на железнодорожной платформе и предназначавшаяся для противодействия самолётным радиокомпасам противника.
Станции радиопомех располагались обычно в 20-30 км от переднего края и в 3-5 км - от радиоприёмного центра дивизиона. Задача – ведение круглосуточного наблюдения за основными радиосетями противника с целью выявления основных и запасных частот вражеских радиостанций, мест расположения этих самых радиостанций, их войсковой принадлежности и режимов работы, а в последующем – и подавления путём выставления мощных радиопомех в эфире.
Части, входившие в состав 3-го Белорусского фронта, сыграли исключительную роль в большинстве из боевых операций, проводившихся высшим советским командованием в Восточной Пруссии, в том числе и в штурме города-крепости Кёнигсберг. Об этом, в частности, свидетельствуют признания сделанные в советском плену командующим войсками Кёнигсбергского гарнизона генералом от инфантерии Отто Ляшем: «В результате ужасающей артиллерийской подготовки проводная связь в крепости была выведена из строя. Я надеялся на радиосвязь с Курляндией, с Земландской группировкой войск и с Центральной Германией. Но эффективные действия забивочных радиосредств русских не давали возможности использовать радиосредства для передачи радиограмм, и мои действия не могли координироваться ставкой верховного главнокомандования. Это послужило одной из причин моей капитуляции».
Известно, например, что только 131-му и 226-му отдельным радиодивизионам ОСНАЗ, действовавшим накануне штурма Кёнигсберга в полосе обороны Земландской оперативной группы войск 3-го Белорусского фронта, удалось эффективно заглушить 175 имевшихся в противодействовавших частях противника радиостанций и это несмотря на то, что те пытались вести работу в тридцати радиосетях и на трёхсот радиочастотах! Всего же по Кёнигсбергской группировке войск противника радиодивизионами ОСНАЗ был сорван приём около 1200, а по Земландской - 1000 радиограмм.
Из открытой печати известен и такой факт: в течение первых суток штурма советскими войсками города-крепости Кёнигсберг главная радиостанция окружённого гарнизона пыталась последовательно вести передачи на сорока трёх частотах, но во всех случаях совершенно безуспешно, ибо каждая новая частота тут же забивались советскими средствами радиоэлектронной борьбы.
Остаётся добавить, что именно радиостанциями радиодивизионов ОСНАЗ во второй половине 9 апреля 1945 года на частотах немецких раций открытым текстом был выдан в эфир приказ генерала О. Ляша о безоговорочной капитуляции.
В послевоенный период радиодивизионы ОСНАЗ были переданы из МВД СССР: частично - в Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР, но основная масса – в подчинение Главного разведывательного управления Генерального штаба Советских Вооружённых Сил.

«КЁНИГСБЕРГСКИЕ» ЧАСТИ НКВД СССР
Приказом Верховного Главнокомандующего № 084 от 17 мая 1945 года «за образцовое выполнение заданий командования в боях с фашистскими захватчиками при овладении городом и крепостью Кёнигсберг и проявленные при этом доблесть и мужество» воинского почётного наименования «Кёнигсбергские» были удостоены девяносто восемь объединений, соединений и воинских частей советских Вооружённых Сил, в том числе шесть от Наркомата внутренних дел СССР. Это:
– 3-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР (командир – майор Чернов Геннадий Сергеевич);
- 131-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (командир – подполковник Петров Владимир Алексеевич);
- 474-й отдельный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды радиодивизион ОСНАЗ (командир – подполковник Серёгин Иван Кондратьевич);
- 31-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР (командир - подполковник Котов Сергей Николаевич);
- 33-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР (командир – майор Зотов Николай Константинович);
- 86-й пограничный Кёнигсбергский полк войск НКВД СССР (командир – майор Марихин Павел Аполлонович).
По воинским формированиям НКВД СССР данный приказ Верховного Главнокомандующего был объявлен приказом № 0132 от 24 мая 1945 года генерального комиссара госбезопасности Л.П. Берия.
В настоящий момент в пограничной службе ФСБ России существуют две воинские части, носящие воинское почётное наименование «Кёнигсбергская». Это:
- 95-й пограничный Кёнигсбергский ордена Ленина и Красной Звезды отряд Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области. (В качестве справки: на основании приказа МВД СССР № 0080 от 23 марта 1956 года в связи со слиянием двух пограничных отрядов - 95-го ордена Ленина и 24-го Кёнигсбергского ордена Красной Звезды путём расформирования последнего - воинское почётное наименование «Кёнигсбергский» и боевая награда в лице ордена Красной Звезды № 897635 бывшего 31-го погранполка (с 12 октября 1945 года – 115-й, а с 12 декабря 1946 года – 24-й одноимённый погранотряды) были унаследованы 95-м погранотрядом.);
- 110-й (Анадырский) пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды отряд Северо-Восточного пограничного управления береговой охраны ФСБ России. (В качестве справки: данный отряд - это бывший 33-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР.)
Что же касается информации о послевоенной истории 3-го отдельного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды дивизиона специальной службы внутренних войск НКВД СССР и двух отдельных (131-м и 474-м) Кёнигсбергских ордена Красной Звезды радиодивизионах ОСНАЗ, то её в открытой литературе отыскать не удалось.

В ЧЁМ ОНИ «ПРОВИНИЛИСЬ»?
На Стене Славы, что в калининградском Парке Победы, сегодня выбиты наименования всех без исключения объединений, соединений и воинских частей РККА и ВМФ, но при всём этом абсолютно отсутствует список даже тех в/ч НКВД СССР, которые удостоились от Верховного Главнокомандующего воинского почётного наименования «Кёнигсбергские».
Подобный с позволения сказать «избирательный» подход калининградских чиновников к славной истории нашего с вами Отечества более чем неправеден, поскольку во всём без исключения оскорбителен и аморален. Оскорбителен и аморален, в том числе и потому, что оскверняет собой светлую благодарную память нашего народа о тех солдатах и офицерах войск правопорядка, которые наравне со своими боевыми побратимами из частей Красной Армии сражались за этот город и погибли здесь, также честно и до конца, как и их побратимы из РККА и ВМФ, исполнив при этом свой конституционный и воинский долг.
Так в чём они, эти солдаты и офицеры, волею судьбы носившие при жизни зелёные или васильковые фуражки, «провинились» перед калининградцами и собственной страной!? Почему их здесь у нас, на земле российского форпоста в Западной Европе, кто-то вдруг с кондачка лишил права на людскую скорбь и вечную благодарность потомков?!
В свете современных политических веяний мы подобным образом сегодня не относимся даже к бывшим врагам – немецким фашистам, - возводя едва ли не в самом центре Калининграда в память о последних обширное военно-мемориальное кладбище…
Так давайте же воздадим долг памяти и представителям погибших за наш город военнослужащим ПВ, ВВ, войск правительственной связи и радиодивизионов ОСНАЗ.
Последний раз редактировалось sobkor 14 дек 2005, 14:47, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя
Nick
Участник
Сообщения: 426
Зарегистрирован: 01 авг 2005, 11:06
Откуда: Черняховск-Москва
Контактная информация:

Сообщение Nick » 14 дек 2005, 15:05

Я не историк и буду пересказывать слухи ... Поэтому прошу относиться к нижеизложенному с определенной долей скептицизма.

На краю пос. Железнодорожный, известной Вороньей слободке Черняховска, есть лес, носящий гордое название Орлиный. Хороший такой лес, я бы сказал веселый. Около моста через ручей стоят развалины нескольких зданий, пожожих на боксы для хранения техники. Старожили рассказывали, что на этом месте сразу после войны стояла восковая часть КА. Странным образом в части пропадали часые и якобы разгадка этой таны была всеьма трагична - по подземным коммуникациям на территории части проникали недобитые фашисткие выродки и убивали краснояармейцев.

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 14 дек 2005, 15:09

Дыма без огня не бывает. Хотя не исключено и банальное дезертирство. Из нашей армии всегда бегали толпами - как в военный период, так и в мирный. И это - факт...

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 14 дек 2005, 15:19

Ниже – отрывок из статьи, написанной мною специально для сборника «Калининградская милиция. Очерки, воспоминания, документы, 1946-2001 гг.» (Калининград, ФГУИПП «Янтарный сказ», 2001. – 348 с., 3000 экз.).
Юрий РЖЕВЦЕВ.

ИМЯ ИМ – СОЛДАТЫ ВОЙСК ПРАВОПОРЯДКА!
Историческая несправедливость – инициаторы строительства в Калининграде Парка 55-летия Победы забыли (а, может быть, не посчитали нужным?) навечно, наряду с десятками и сотнями соединений и частей Красной Армии и Военно-Морского флота, отличившимися при штурме города-крепости Кенигсберг, увековечить здесь в камне еще и наименования не менее отличившихся в тех же боях в/ч войск НКВД СССР. А ведь только воинского почетного наименования «Кенигсбергские», напомним, в 1945 году были удостоены 3-й отдельный ордена Красной Звезды дивизион специальной службы внутренних войск НКВД СССР, 131-й и 474-й отдельные ордена Красной Звезды радиодивизионы ОСНАЗ, 31-й, 33-й и 86-й пограничные (первые два – ордена Красной Звезды) полки войск НКВД СССР. Беспримерное мужество и героизм проявили в ходе Восточно-Прусской операции военнослужащие и многих других частей и соединений войск НКВД СССР. Расскажем об этом лишь вкратце…
Вступление Красной Армии на территорию Восточной Пруссии было ознаменовано усилением фронтовых группировок войск НКВД СССР. Произошло это на основании постановления Государственного комитета обороны СССР от 18 декабря 1944 года «Об охране тыла и коммуникаций действующей армии на территории Восточной Пруссии, Польши, Чехословакии, Венгрии и Румынии». Так, в частности, в соответствии с этим постановлением к середине января сорок пятого были сформированы 57-я (командир – гвардии полковник Барладян) и 63-я (командир – полковник Игнатов) стрелковые дивизии внутренних войск НКВД СССР. Первая в составе 369-го, 370-го и 371-го стрелковых полков приступила к выполнению оперативно-боевых задач в полосе ответственности 3-го Белорусского фронта, а вторая в составе 32-го, 145-го и 273-го стрелковых полков – 2-го Белорусского. Численность каждой – пять тысяч человек.
Как свидетельствуют архивные документы (а в данном случае это письменный, датированный августом 1945 года, доклад комдива-63 в Главк внутренних войск НКВД СССР), «…формирование дивизии происходило в условиях беспрерывного движения вперёд, большой разбросанности частей и подразделений, при выполнении задач по охране тыла Красной Армии и очистке его от вражеских элементов. Процесс формирования дивизии не отразился на оперативной работе и, невзирая на сложность обстановки, формирование закончено было в срок…
Основным способом передвижения личного состава были пешие походные порядки. В зимнюю стужу и весеннюю распутицу части дивизии не срывали графика движения и прибывали к месту назначения всегда в установленное время…
Полки следовали непосредственно за боевыми порядками армий, части подразделений вместе с передовыми частями врывались в города Восточной Пруссии, Померании, Гдыню и своей служебной деятельностью обезоруживали вражеские элементы, не допустив ни одного случая диверсионного акта в тылу наступающих частей, наводя революционный порядок в тылу».
Основная форма участия личного состава частей войск НКВД по охране тыла действующей армии в боевых операциях обслуживаемых фронтов - прочесывание (или, говоря современным языком, зачистка) населенных пунктов и лесных массивов, а также несение гарнизонной службы. О том, насколько жизненно необходимо было присутствие во фронтовой полосе воинов в краповых погонах, наглядное представление дают следующие строки из справки Главного управления внутренних войск НКВД СССР об оперативной обстановке на территории Восточной Пруссии и Румынии в период с 1-15 апреля 1945 года: «На территории Восточной Пруссии скрывается большое количество вражеских солдат и офицеров и членов фашистских организаций, оставленных в тылу Красной Армии для диверсионной и террористической деятельности и формирования бандгрупп из солдат и офицеров противника, не успевших отступить вместе со своими частями, и местных жителей.
Все эти лица имеют оружие, боеприпасы и радиоприемники.
Численность этих контингентов велика, так – за отчетный период частями 57 и 63 сд задержано солдат и офицеров противника 3010.
Со стороны бандгруппировок имеют случаи вооруженных нападений на одиночных военнослужащих Красной Армии…».
Непосредственно на Земландском полуострове, как уже говорилось выше, действовала 57-я стрелковая дивизия внутренних войск НКВД СССР. Вот краткая хроника оперативно-боевой и служебной деятельности ее личного состава за зиму-весну 1945 года.
7 февраля. 3-й взвод 3-й роты 371-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР в районе приграничного к Германии литовского населенного пункта Симно-Буцуны в ходе зачистки местности напоролся на засаду. Фашисты вели огонь из двух сараев и двух дзотов. Несмотря на то, что преимущество было явно на стороне противника, командир взвода лейтенант Помазанский принял решение атаковать, не дожидаясь подхода подкрепления. В результате умелого маневра и высокой боевой выучки личного состава взвода гитлеровцы были разгромлены: пятеро убиты, а девять человек взяты в плен. С нашей стороны обошлось без потерь.
12 февраля. Все тот же взвод лейтенанта Помазанского в районе Бенксдорфа в ходе ожесточенного боя ликвидировал две вооруженные группы военнослужащих вермахта, которые укрывались от советских войск в тщательно замаскированных подземных бункерах. Трофеями взвода стали 30 винтовок, 20 автоматов, 4 станковых пулемета, 2000 патронов, а также автомашина. В ходе этой операции выпало отличиться самому лейтенанту и двум его подчиненным - рядовым Крейтору и Шевцову.
14 февраля. Разведывательно-поисковая группа 369-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР вступила в бой с диверсионным подразделением врага, которое, засев в бетонных колпаках, кинжальным огнем перекрыло движение на оживленной автомагистрали, пролегающей в окрестностях населенного пункта Бархерстдорф (20 км северо-западнее современного польского городка Орнета). Потери противника: двое убито, двое ранено, пятеро предпочли сдаться на милость победителя. Потери РПГ: ранено двое военнослужащих…
6 апреля. В окрестностях Гросс-Розинско также выявлена и уничтожена диверсионная группа. Ее возглавлял гауптман Шенк. В ходе боя убито трое диверсантов, в том числе и сам Шенк. Захвачено три винтовки, автомат, пистолет и 486 патронов.
В этот же день и здесь же в хорошо замаскированном схроне обнаружена и пленена сотня до зубов вооруженных солдат и офицеров вермахта.
7 апреля. 5-я рота 371-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР, которой командовал офицер Сундеев, в окрестностях все того же Гросс-Розинско вступила в бой с диверсионным подразделением фашистов, в результате которого со стороны сопротивляющихся убиты двое офицеров и двое солдат, а еще семнадцать взяты в плен. К сожалению, не обошлось без потерь со стороны воинов в краповых погонах – смертью героя погиб рядовой Шешин.
21 апреля. В районе Велау (ныне п. Знаменск Гвардейского района) личным составом 8-й роты 370-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР ликвидирована крупная диверсионно-бандитская группа: двое немцев убиты и 23 пленены. В боестолкновении отличились рядовые Балагуров и Андреев…
В период с 7 по 11 апреля, когда была проведена широкомасштабная операция по зачистке Восточной Пруссии, военнослужащими 57-й стрелковой дивизии войск НКВД СССР в районах, где еще совсем недавно проходили оборонительные рубежи противника, обнаружено и взято под охрану большое количество поспешно брошенных при отступлении взрывчатых веществ. В частности, южнее города Ликк (ныне – польский Элк) выявлен заминированный и подготовленный к взрыву склад с боеприпасами, в котором находились 20 тонн тола, 20 тысяч противотанковых и 7 тысяч противопехотных мин, 10 тысяч сигнальных ракет, 7 тысяч метров бикфордова шнура и большое количество капсюлей-детонаторов. Тол впоследствии дивизионными саперами израсходован на разрушение оставшихся после немцев дотов, а остальное трофейное имущество сдано военному коменданту.
Но это еще не все – воинам пятьдесят седьмой выпало в те самые дни предупредить беду, которую потенциально несло в себе и химическое оружие, – одно из самых страшных в тот период по своим поражающим свойствам: на окраине Фюрстенвальде в замаскированной яме ими было обнаружено двадцать два 1,5-литровых баллона с жидкими отравляющими веществами и сто восемьдесят пять баллонов – с твердыми. Еще 13 ящиков с жидкими и твердыми ОВ были извлечены из тайника в районе населенного пункта Ешиновиц. Командованием дивизии немедленно были приняты все необходимые меры по надежной охране и вывозу этих смертоносных для всего живого находок в безопасное место, что, специально уточним, позволило, помимо всего прочего, предотвратить вполне реальную угрозу их непроизвольной разгерметизации…
Кроме того, как свидетельствуют архивные документы, в период с января по 15 июня 1945 года военнослужащие 57-й стрелковой выявили и обезвредили в тылу войск 3-го Белорусского фронта 877 вражеских агентов,17 из которых, как потом выяснилось в ходе следствия, оказались особоопасными диверсантами и террористами. От неминуемого и скорого разоблачения представителей антисоветского подполья и бандгрупп не были способны избавить никакие изощренные коварство и изворотливость, ибо, говоря словами одного из документов тех лет, у воинов пятьдесят седьмой «в процессе борьбы за выкорчевывание остатков гитлеровской агентуры… значительно повысилась большевистская бдительность, укрепилось чекистское мастерство, умение разоблачать врага, в какие бы одежды он ни рядился». Так, коммунист младший сержант Мажетов из 369-й стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР обезвредил опасную немецкую шпионку только благодаря хорошей наблюдательности. Произошло это в момент выполнения им оперативного задания. Проверяя в одном из населенных пунктов личности местных жительниц, Мажетов сумел уловить фальшь в поведении немки, якобы страдающей от раны ноги и в связи с этим опять же якобы не способной отвечать на вопросы о себе. Чтобы развеять зародившиеся сомнения, приказал разбинтовать ногу. Той ничего не оставалось, как подчиниться. Разумеется, никакой «кровоточащей раны» под повязкой не оказалось. Уже в ходе следствия выяснилось, что младшим сержантом Мажетовым задержана не просто шпионка, а еще, вдобавок, и активный член нацистской партии.
Комсомолец младший лейтенант Камалов из 371-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР в ходе одной из операций по зачистке местности обратил внимание на подозрительно лежащий посредине поля одиночный валун: размер последнего отнюдь не внушительный, а потому странно, что крестьяне его не убрали, как мешающий земледелию. Обхватив, приподнял его, а под ним - лаз в добротный, построенный из досок, подземный схрон, в котором в тот момент укрывалась диверсионно-террористическая группа противника, имевшая в своем распоряжении для связи с разведцентром радиопередатчик.
Завершая повествование относительно 57-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР, необходимо сказать, что в июне 1945 года командование 3-го Белорусского фронта отметило боевыми орденами и медалями 212 ее наиболее отличившихся в ходе боевой службы бойцов и офицеров.
А теперь немного о 63-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР. Как отмечено в оперативной сводке ее штаба за период с 15 по 31 марта 1945 года: «…Части дивизии осуществляли службу по очистке тыла фронта в условиях непрерывного и успешного наступления Красной Армии на Запад.
С выходом Красной Армии к побережью Балтийского моря некоторые подразделения частей дивизии (штаб 32 сп, 2/32 сп, 2/273 сп, 3/273 сп) несли службу в условиях непосредственного воздействия артиллерии противника.
На некоторых участках фронта противник отходил неорганизованно, бросая в большом количестве военную технику и имущество. Мелкие группы и отдельные солдаты и офицеры разбитых частей врага, не успевшие отступить со своими частями, скрываются в лесах, заброшенных хуторах, в городах и других населенных пунктах. Ими особенно изобилует прибрежная полоса Балтийского моря в районах Путциг, Гдыня, Цоппот, Олива, Данциг. За полмесяца частями дивизии задержано: солдат противника – 1513, офицеров противника – 25…».
К началу мая Победного сорок пятого в зоне ответственности частей и подразделений 63-й дивизии находились уже северная часть Польши, Восточная Пруссия, Северная Померания и Бранденбургская провинция Германии. Однако наиболее сложной в оперативном отношении оставалась ситуация именно на стыке границы Восточной Пруссии с Польшей. Вот как об этом говорится в оперативной сводке штаба названного соединения за 15-30 апреля 1945 года:
«На участке дивизии было зарегистрировано восемь случаев бандпроявлений. Из них все восемь случаев – нападение на военнослужащих Красной Армии. В результате: шесть убитых и два раненых. Районы происшествий: Макер, Лабен, Швеслинг, лес севернее Геритц, Куссеров, Лауенбург.
Банддействия проявляются мелкими группами солдат противника, оставшихся в нашем тылу после разгрома немецкой армии… За вторую половину апреля выловлено 654 солдата противника. Противник оставил и забрасывает в настоящее время в тыл фронта свою агентуру. Состав агентуры разнообразен: мужчины, женщины, подростки…».
За период (начиная с 20 января 1945 года) участия 63-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР в боях Великой Отечественной войны командование 2-го Белорусского фронта удостоило орденов и медалей 434 ее военнослужащих, а 273-му стрелковому полку было присвоено воинское почетное наименование «Гданьский»…
Юрий РЖЕВЦЕВ.
Последний раз редактировалось sobkor 14 дек 2005, 15:20, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя
Nick
Участник
Сообщения: 426
Зарегистрирован: 01 авг 2005, 11:06
Откуда: Черняховск-Москва
Контактная информация:

Сообщение Nick » 14 дек 2005, 17:40

Это что - пример фанатизма немецких солдат или заранее спланированные мероприятия немецкого командования?

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 14 дек 2005, 18:06

Немцы в данном случае уже сражались за Родину, а отсюда фанатичное упорство и беспримерная по коварству и жестокости изощрённость. И всё это было помножено на тот факт, что гитлеровское командование заранее и всерьёз побеспокоилось о развёртывание в тылу советских войск на территории Германии широкомасштабной партизанской войны...
Последний раз редактировалось sobkor 14 дек 2005, 18:11, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя
Nick
Участник
Сообщения: 426
Зарегистрирован: 01 авг 2005, 11:06
Откуда: Черняховск-Москва
Контактная информация:

Сообщение Nick » 14 дек 2005, 18:18

И когда последних взяли?

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 14 дек 2005, 19:34

Точно неизвестно, но борьба против подполья велась на протяжении нескольких лет. Некоторые известные мне подробности - чуть позже, когда время подойдёт разместить на данном форуме хронику аппарата Уполномоченного НКВД (МВД)-НКГБ (МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Пока же хочу "выложиться" по в/ч войск НКВД-МВД-МГБ СССР...

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 14 дек 2005, 21:17

Начинаю знакомить заинтересованных лиц с боевой летописью наиболее прославившихся в боях за Восточную Пруссии в/ч войск НКВД СССР. Авторство моё.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

МИНСКИЙ ОРДЕНА КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ БАТАЛЬОН ВНУТРЕННИХ ВОЙСК МВД РОССИИ, одна из наиболее прославленных воинских частей пограничных и внутренних войск, воинская часть внутренних войск МВД России Калининградского военного гарнизона.
Полное официальное наименование - N-й отдельный специальный моторизованный Минский ордена Красной Звезды батальон внутренних войск МВД России N-й бригады внутренних войск МВД России Северо-Западного округа внутренних войск МВД России (в/ч 3932).
Свою родословную ведёт от 132-го пограничного полка войск НКВД СССР. Последний был сформирована в апреле 1943 года в подмосковном городке Боровске (ныне – в составе Калужской области) из числа бывалых фронтовиков - солдат, сержантов и старшин, прошедших лечение в госпиталях и теперь прибывших в Боровск в составе маршевых рот и батальонов Западного фронта. Созданием и сколачиванием новой части занимался её первый командир - подполковник Павел Моисеевич Руденко.
Штатное расписание – такое же, как и в большинстве других погранполков, входивших в состав войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии: помимо штаба, подразделений боевого обеспечения и тыла, три стрелковых батальона по пять линейных застав и одной резервной в каждой плюс собственный в каждом из батальонов контрразведывательный аппарат (всего в батальоне 370 человек командно-начальствующего и рядового состава), манёвренная группа (148 человек) и противотанковый взвод (два 45-мм орудия). Общая численность - около 1400 человек.
29 апреля 1943 года на основании соответствующей грамоты, подписанной «всесоюзным старостой» Михаилом Калининым полку было вручено Боевое Красное Знамя. С тех пор эта дата – ежегодно празднуемый День части.
Боевое крещение 132-й пограничный полк войск НКВД СССР принял летом всё того же 1943 года. Произошло это на подступах к городу Спас-Деменск современной Калужской области. Рассредоточившись на широком фронте, он взял тогда под свою надежную охрану тылы и коммуникаций сразу двух общевойсковых армий Западного фронта – 11-й гвардейской и 33-й.
Первые потери полк понёс ещё до начала ставшей впоследствии знаменитой Смоленской стратегической наступательной операции: 10 июня 1943 года погиб 45-летний красноармеец-стрелок Алексей Григорьевич Лисов, уроженец села Чаадаевка Муромского района Владимирской области, а 1 августа на линии административной границы Калужской области со Смоленской - 48-летний сержант Яков Минеевич Перевозчиков, уроженец современной Нижегородской области.
Впоследствии уже на Смоленской земле погибли не менее четырнадцати военнослужащих, в том числе один офицер - 5 декабря 1943 года майор Дмитрий Григорьевич Ануфриев, командир одного из трёх штатных стрелковых батальонов.
Всего же к окончанию 2-й Мировой войны, уточним, список безвозвратных потерь 132-го погранполка составил не менее 36 человек, в числе которых пять офицеров, один старшина и десять сержантов.
Дальнейший боевой путь на запад 132-го пограничного пролёг через смоленские райцентры Ельня, Хиславичи, Красный и белорусскую Оршу. Этот период в истории полка отмечен не только образцовым выполнением задач оперативно-чекистской службы, но и боевой доблестью воинов из внештатной снайперской команды, которую возглавил лично помощник начальника штаба полка по боевой подготовке капитан Баринов.
Так, местом для боевой стажировки снайперов из 132-го погранполка командованием Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта была определена полоса ответственности 160-й стрелковой дивизии генерал-майора Б.Ф. Зарако-Зараковского, входившей в состав 33-й армии.
Вот как комдив-160 в боевой характеристике отозвался о капитане Баринове и его подчинённых: «Блестящих успехов команда снайперов добилась благодаря хорошей выучке снайперов, высокому сознанию воинского долга и воинской дисциплине, упорству и выносливости, а также личному участию Баринова. Несмотря на огонь противника, Баринов правильно расставлял силы снайперов и правильно выбирал огневые позиции. Лично капитан Баринов показал образцы мужества и выносливости, сам лично уничтожил 10 фашистов. Работа снайперов за вышеуказанный период усилила прочность и огневую мощь нашей обороны».
Из архивного документа, именуемого «Докладом командования войск по охране тыла Западного фронта о боевой деятельности снайперов войск за период с 1 июня 1943 г. по 1 января 1944 г.» стали известны фамилии наиболее отличившихся тогда снайперов 132-го погранполка: «18 октября 1943 г. снайперы Лузин, Огнев (132-й погранполк) со своей огневой позиции обнаружили 3 солдат противника, несущих ящик. Выстрелом зажигательного патрона Лузин попал в ящик, в результате чего получился взрыв, которым было убито 2 солдата противника и 1 ранен».
И там же: «Снайперы 132-го пограничного полка ефрейтор Исаев и Ганчицкий 22 декабря 1943 г. около 12-00 вели наблюдение за противником, пока не установили, куда и по какому маршруту ходят немцы за обедом. Установив маршрут движения, Ганчицкий в один день уничтожил 6 фашистов, Исаев – 3».
Не знал промаха и другой знатный снайпер полка – боец манёвренной группы красноармеец Никулин: к августу 1944 года, то есть меньше чем за год фронтовой «страды», он записал на свой лицевой счёт 35 уничтоженных с нейтральной полосы фашистских солдат и офицеров.
К сожалению, снайперская команда тоже несла безвозвратные потери. Так, осенью 1943-весной 1944 гг. из боевого поиска по причине героической гибели в бою не вернулись четверо полковых снайперов: 5 ноября 1943 года – 20-летний красноармеец Анатолий Дмитриевич Тиунов, уроженец деревни Ценята Карагайского района Пермской области; 3 января 1944 года – 23-летний сержант Пётр Михайлович Назаров, уроженец города Туапсе Краснодарского края; 23 марта 1944 года – красноармеец Василий Павлович Соколов, уроженец современной Нижегородской области (дата рождения неизвестна); 18 апреля 1944 года – 25-летний красноармеец Иван Петрович Говоров, уроженец Орловской области.
25 марта 1944 года в соответствии с изданным в этот день по войскам НКВД СССР приказом 132-й погранполк возглавил участник гражданской войны, опытный чекист и отличный знаток строевой службы 43-летний гвардии полковник Аркадий Захарьевич (Захарович) Хмелюк. Он был переведен в распоряжение начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла Западного фронта из штаба 8-й гвардейской армии 3-го Украинского фронта. К тому времени он уже был кавалером двух орденов (Отечественной войны 2-й степени и Красной Звезды) и двух медалей – «За оборону Сталинграда» и «ХХ лет РККА». Чуть позже за фронтовую доблесть он будет удостоен еще одного ордена – Отечественной войны 1-й степени, а также медали «За взятие Кёнигсберга».
В должности командира 132-го погранполка полковнику А.З. Хмелюку выпало состоять в вплоть до апреля 1947 года.
Начало июля 1944 года – один из самых героических периодов в истории 132-го пограничного полка войск НКВД СССР. Его личный состав тогда ярко отличился в боях по освобождению столицы Белоруссии, за что приказом Верховного Главнокомандующего от 23 июля 1944 года полку единственному во внутренних и пограничных войсках бывшего СССР было присвоено воинское почётное наименование «Минский»!
А местом боевой доблести стал тогда райцентр Логойск, что в несколько десятках километрах северо-восточнее Минска, и его ближайшие окрестности: в первых числах июля сорок четвёртого воины 132-го пограничного закрыли здесь собой брешь в боевых порядках 3-го Белорусского фронта, через которую фашисты попытались отчаяно прорваться из Минского котла. Силы были неравными и, чтобы сдержать яростно атакующего противника, гвардии полковник А.3. Хмелюк был вынужден кинуть в бой курсантов учебной команды.
Пограничники выстояли, при этом, благодаря хорошей полевой выучки, они понесли минимальные потери: из боя не вернулись всего лишь на всего чеверо военнослужащих: старшины учебной команды старшина Степан Максимович Шинцов, командир отделения сержант Василий Владимирович Кущенко, курсанты учебной команды младший сержант Виктор Петрович Назаров и красноармеец Василий Емельянович Белоусов.
Отмечен был июль сорок четвертого и целой чередой успешных чекистско-войсковых операций. Вот краткая хроника тех дней, восстановленная по архивным документам, ноиз числа опубликованных в открытой печати.
9 июля. На шоссе Минск – Гродно диверсионно-террористическая группа гитлеровцев, прикрываясь дымкой утреннего тумана, устроила засаду, в которую угодил тыловой обоз одной из артиллерийских частей РККА. Не поддавшиеся панике обозники нападение отразили, однако организовать преследование и ликвидацию бандгруппы самостоятельно не сумели.
Узнав об инциденте, гвардии полковник А.3. Хмелюк немедленно направил по горячему следу разведывательно-поисковую группу в составе девятнадцати военнослужащих во главе с опытным офицером-пограничником капитаном Овчаровым.
В 12.20 данная РПГ настигла немцев: по идущим цепью по ржаному полю «зелёным фуражкам» автоматным огнем вдруг огрызнулась поросшая кустарником высотка.
«Судя по интенсивности стрельбы, в кустарнике укрылся лишь пост скрытного наблюдения за местностью. Ядро же бандруппы наверняка где-то в лесу, который начинается сразу за высоткой», - сделал вывод капитан и сразу принял решение: РПГ разбивается на две боевые группы. Первая - восемь бойцов во главе со старшиной Евгением Шаповаловым – атакует одновременно с фронта и левого фланга, а вторая, во главе с ним самим, капитаном овчаровым, броском выдвигается на обратные скаты высотки, чтобы отрезать тем самым обороняющемся дорогу к лесу, а в случае необходимости и нанести по ним удар с тыла.
В 13.00 всё было кончено. Группе старшины Е. Шаповалова поддержка со стороны товарищей не понадобилась. Справились сами и без потерь в своих рядах: пост скрытного наблюдения уничтожен; трофеи – три автомата плюс солидный боезапас к ним.
А ещё через час капитан уже докладывал по рации командиру полка о ликвидации всей диверсионно-террористической группы: её «зелёным фуражкам» удалось настичь в глубине леса. Без боя столкновения не обошлось: гитлеровцы, поняв, что от погони не уйти, затаились в засаде. Их жертвой едва не стал лейтенант Куртин, не сумевший вовремя разглядеть в гуще буйной растительности целившегося в него из автомата фашиста. Жизнь молодому офицеру спас тогда капитан Овчаров: будучи бывалым фронтовиком, он отреагировал с мгновенной быстротой - разрядил в автоматчика пистолетную обойму раньше, чем тот успел нажать на спусковой крючок своего MP–38/40.
«Надо лучше смотреть!», - только и упрекнул тогда своего было оплошавшего подчинённого капитан.
Исход схватки, как и полчаса назад при штурме высотки, предрешила группа старшины Е. Шаповалова. Только на сей раз она, совершив обход, нанесла сокрушительный удар с тыла.
Под перекрёстным огнём пограничников никто из врагов не уцелел. Всего в ходе этой разведывательно-поисковой группой 132-го погранполка был ликвидирован 21 бандит. Отличившиеся воины капитаном Овчаровым были представлены к наградам, в частности, гимнастёрку старшины Евгения Николаевича Шаповалова вскоре украсил орден Красной Звезды.
13-14 июля. Трое военнослужащих-коммунистов полка – старшина Василий Маликов, старший сержант Павел Данилин и красноармеец Ивашкин возвращались в свой батальон из вышестоящего штаба, куда только что под конвоем доставили задержанного накануне однополчанами диверсанта. На одном из лесных участков дороги им повстречался чем-то сильно встревоженный лесник.
- Ой, ребята, беда! – завидев пограничников, бросился тот к ним за помощью. – Недалеко немцы!
- Сколько их, отец? – спросил старшина В. Маликов.
- Да, наверное, человек тридцать и у всех винтовками…
Пограничники подобрались к врагу незамеченными. Гитлеровцев действительно оказалось около трех десятков. Двое несли службу в качестве часовых, а остальные отдыхали, расположившись на траве между деревьями.
Выждав подходящий момент, старшина подал подчинённым условный сигнал открыть огонь. Три автомата ударили разом и в упор.
Полагая, что их лесной бивуак подвергся нападению превосходящих сил противника, немцы в панике, даже не пытаясь оказать сопротивления, бросились в рассыпную.
Итог скоротечного боя – двенадцать вражеских солдат убито и ещё трое пленены.
Вечерние сумерки настигли пограничников и их пленников в деревне Вышнёвка. Пленных закрыли в амбаре, а сами расположились на ночлег в рядомстоящих хозяйственных постройках.
Но спать пришлось недолго. Приблизительно в полночь, воспользовавшись отсутствием здесь постоянного гарнизона советских войск, в деревню ворвалось одно из разбитых накануне и теперь блуждающих по лесам вражеских подразделений. Немцев было не менее полсотни. И все вооружены стрелковым оружием.
Сразу начались массовый грабеж и насилование женщин. У «зелёных фуражек» был верный шанс незамеченными добраться до леса и отсидеться там до утра, однако они, не сговариваясь, сделали для себя другой выбор, который помог победить и на сей раз: заняв круговую оборону, открыли по фашистам шквальный огонь из безотказных ППШ.
Жестокий бой шёл, не прекращаясь, до рассвета. Старшина Маликов и красноармеец Ивашкин получили ранения, но не покинули огневых позиций: первому гранатными осколками посекло лицо, а затем пулей нетяжело ранило в голову, а второму осколки попали в руку и в грудь…
С первыми лучами солнца враг позорно ретировался, бросив на деревенских улицах и в огородах двадцать пять трупов своих солдат. А двоих замешкавшихся немцев пограничникам удалось захватить в плен.
Перебинтовав раны и приведя себя в порядок, отважная тройка отправилась в путь на запад, ведя впереди себя под дулами автоматов теперь уже пятерых пленённых фашистов.
Штаб родного батальона они настигли только вечером того же дня, уже в Лиде…
15 июля. В окрестных к витебскому городу Толочину лесах разведывательно-поисковыми группами полка была выявлена концентрация гитлеровских войск. Это были остатки разбитых в районе Минска частей и подразделений, которые кто-то из старших офицеров вермахта теперь пытался сплотить вокруг себя в мощную ударную силу. Общая численность группировки - около полторы тысячи солдат и офицеров. Все хорошо вооружены плюс солидный обоз.
Доклад разведчиков стал недоброй новостью для гвардии полковника А.З. Хмелюка. И не мудрено: фактически в оперативном тылу 3-го Белорусского фронта, зализывая раны, выжидал момента для совершения партизанского рейда пусть и сводный, но при всем этом полнокровный по численности и средствам вооружения пехотный полк!
Любое промедление было смерти подобно и вот почему полковник принимает крайне рискованное, но, как впоследствии подтвердилось, единственно верное на тот момент решение: не дожидаясь подкрепления, кинуть против скрывающихся в лесу немцев единственный свой резерв – манёвренную группу.
Фактически против вражеского полка должны были действовать силы численностью чуть больше роты! И в этих условиях единственными гарантиями успеха могли быть только фактор внезапности и высокая оперативность управления подразделениями в бою. В завидных тактических способностях командира мангруппы старшего лейтенанта Донца сомневаться не приходилось: это был опытный фронтовой офицер, уже имевший на своем лицевом счету немало успешных чекистско-войсковых операций. А вот для повышения оперативности управления мангруппой её командиру были приданы штабные связисты с двумя рациями. Это позволило старшему лейтенанту Донцу разделить подчинённых на два действовавших на большом расстоянии друг от друга боевых отряда, но при этом сохранить нити управлениями обоими из них в своих руках и плюс одновременно быть на прямой связи с комполка.
Задуманная дерзость удалась на все «сто». Манёвренная группа сумела не только взять лесной лагерь противника в клещи, но и по всему периметру скрытно подобраться к нему на дистанцию гранатного броска.
Лихая атака завершила начатую операцию. На месте остались лежать убитыми сразу 62 немца. Остальные общим числом в 1305 человек, пребывающие в шоке от внезапного нападения «зелёных фуражек», поспешили покорно задрать руки к небу. Пограничники же потерь не понесли.
В этом коротком бою особенно отличиться выпало уже известному нам старшине Е. Шаповалову, а также красноармейцу Гриценко: во время атаки они, действуя в паре, ворвались в самую гущу врага и плотным автоматным огнём подавили у уцелевших от их метких пуль немцев всякую волю к дальнейшему сопротивлению…
23 июля. Бандгруппа из пятнадцати до зубов вооружённых гитлеровцев под утро предприняла попытку атакой с короткой дистанции овладеть лагерным пунктом № 41, который располагался в деревне Лоза и в котором под охраной 13-й пограничной заставы на тот момент содержались две сотни военнопленных немецких солдат.
При этом расчёт ими был сделан не только на внезапность, но и на численное превосходство: по периметру лагпункта находилось всего лишь на всего четыре одиночных поста, а внутри – только дежурный офицер. Остальной же личный состав погранзаставы располагался в нескольких сот метрах в стороне от охраняемого объекта.
Однако этот коварный план оказался сорванным ещё до того, как нападавшие сумели достичь условного рубежа начала атаки. И всё благодаря высокой бдительности часовых – красноармейцев Данилова, Мокрова, Пронина и Пономарёва. Несмотря на предрассветные сумерки и густой туман, они сумели-таки своевременно распознать грозящую им опасность.
Исход незримого поединка предрешил красноармеец Данилов - метким выстрелом из снайперской винтовки он ранил гитлеровца, умудрившегося по-пластунски максимально близко подобраться к запретной зоне. Тот, взвыв от боли, развернулся и со всех ног устремился обратно к лесу, увлекая тем самым за собой остальных так же впавших в панику горе-атакаующих.
Погоню 13-й заставе по горячим следам тогда организовать не удалось. И, тем не менее, специально оговоримся, бандитам не долго пришлось оставаться не уловимыми, а значит, и безнаказанными. Так, буквально через неделю с небольшим после тех драматических событий, на глухой лесной дороге лицом к лицу с ними неожиданно столкнулись четверо бойцов хозвзвода 13-й заставы. Сдаться на милость победителя пограничники отказались наотрез. Завязался бой. «Зелёные фуражки», вооружённые только винтовками, вначале оборонялись, а затем, когда инициатива полностью перешла в их руки, поднялись в штыки. Из пятнадцати гитлеровцев никто не уцелел. Особенно мужественно действовал в том бою красноармеец Григорий Евдокимович Михаленко, повар по военной специальности. Он доказал тогда однополчанам, что трехлинейкой владеет не хуже, чем кухонным половником…
27 июля. Пограничный наряд в составе старшины Е. Шаповалова, знатного снайпера Никулина и двух автоматчиков – красноармейцев Гришкина и Ефовского при поддержке пяти бывших белорусских партизан, которые всего лишь несколько суток как вернулись к мирному крестьянскому труду, но ещё не успели сдать оружие военным властям, в одном из лесных массивов выявил большую группу военнослужащих вермахта, организованно пробирающихся из окружения.
Действовать старшина решил немедленно, не дожидаясь подкрепления. Двумя группами бесшумно, как это умеют делать только пограничники и партизаны, подобрались к немцам вплотную. Те, как наудачу, спали крепким сном. Бодрствовал только единственный часовой. Неуловимым броском старшина Шаповалов сбил его с ног и скрутил. Все – безопасная дорога вперёд была открыта.
- Гутен морген! – с насмешкой в голосе разбудил спящих Е. Шаповалов. – А теперь быстренько с поднятыми вверх руками строиться в колонну, иначе всем – «Гитлер капут»!
Немцам, в ужасе проснувшимся под направленными на них дулами восьми автоматов и снайперской винтовки, ничего иного не оставалось, как покорно подчиниться.
Колонна военнопленных получилась внушительной – из шестидесяти четырёх человек. Впечатляющими оказались и трофеи – 21 винтовка и ручной пулемёт.
По белорусской земле воины 132-го пограничного Минского полка войск НКВД СССР дошли с боями до берегов Немана. Впереди была Польша, но именно в этот момент из штаба 3-го Белорусского фронта пришел приказ резко повернуть на север и сосредоточиться в литовском городе Алитус - для участия в широкомасштабной зачистке тыла 11-й гвардейской и 33-й армии от скрывающихся в местных труднопроходимых лесах как остатков разбитых гитлеровских частей, так и оперирующих в этом районе бессчётных диверсионно-террористических подразделений Абвера.
1 августа 1944 года в числе первых на литовскую землю вступила 3-я погранзастава лейтенанта Житника. И фактически уже на марше была вынуждена включиться в погоню за немецкой бандгруппой, состоявшей из десяти человек.
События развивались следующим образом. Гитлеровцы, готовясь к очередному разбойному нападению на близлежащие хутора, укрылись на отдых в поросшем кустами овраге, что приблизительно в километре в стороне от местечка Гуделе.
Однако их близкое присутствие не осталось тайной для здешних крестьян, и только на сельских улицах показалась походная колонна пограничников, те немедленно поспешили к старшему командиру с просьбой защитить их от возможного набега мародёров.
Застава немедленно изменила маршрут и развернулась в боевой порядок.
Первым немцев обнаружил разведдозор в составе красноармейцев С. Прокопенко и Цеховского. Огрызнувшись с дальней дистанции беспорядочной стрельбой, бандиты поспешно стали отходить к лесу. Чтобы преградить им путь к бегству, красноармеец С. Прокопенко вскочил верхом на пасущуюся поблизости крестьянскую лошадь. Немцы в бешенстве открыли по нему шквальный огонь, но ни одна пуля не задела отважного всадника.
В течение длительного времени, пока к месту боя не подоспели главные силы родной для него заставы, боец из верного ППШ в одиночку сдерживал яростный напор пытавшихся уйти от погони фашистов. Его огневая позиция на опушке так и осталась для врага не преступной. Мужественный воин скончался от многочисленных пулевых ран на руках боевых товарищей – старшины Асмоловского и сержанта Пирожкова, которые первыми в ходе атаки, нанесённой бандитам с тыла, достигли кромки леса.
29-летний автоматчик 3-й заставы 132-го пограничного Минского полка войск НКВД СССР красноармеец Семён Васильевич Прокопенко, родившейся на Украине в Днепропетровской области в крестьянской семье, но до призыва в армию работавший на одном из заводов Саратова, был погребён однополчанами со всеми воинскими почестями в литовской земле. Они же увековечили его подвиг на страницах официальной истории родной для себя воинской части.
В окрестных к Алитусу лесах «зелёные фуражки» из 132-го пограничного вели беспощадную борьбу с бандитскими и диверсионно-террористическими группами гитлеровцев вплоть до середины января 1945 года. И практически в течение всего этого периода времени первыми и надёжными их помощниками в осуществлении повседневной чекистско-войсковой работы, как и в упомянутом выше местечке Гуделе, были литовские крестьяне. С помощью местных жителей им, например, удалось выследить и захватить немало фашистских чинов из числа военных преступников. Так, 6 августа 1944 года к офицеру 5-й заставы младшему лейтенанту Котовщикову за помощью обратился один из крестьян деревни Большие Заришки:
- В принадлежащем мне сарае укрылись немцы. Как я понял, они пробираются лесами в Восточную Пруссию. Девять человек. Все вооружены: у троих пистолеты, у остальных - винтовки. Один вроде бы офицер – все перед ним на вытяжку.
- Их точно девять? – переспросил младший лейтенант.
- Я же с ними общался – девять. Под угрозой расстрела они приказали меня приготовить и принести горячий обед. Я, конечно, ответил согласием, но, как только они меня отпустили за продуктами, тут же поспешил к вам. Шестеро, в том числе офицер, знаю, сейчас отдыхают, а трое стоят на часах.
- Что ж, обедом мы их угостим - это единственный шанс схватить их всех сразу врасплох. А в сарай мы ворвёмся, как только ты подашь нам условный сигнал. Судя по количеству охраны, офицер, о которым ты только что рассказал, - крупная птица и её нельзя упустить.
Что было дальше – строками архивного документа, именуемого «Из истории 132-го пограничного Минского ордена Красной Звезды полка»: «Сперва в сарай ворвался один красноармеец и, держа в руке заряженную гранату, что есть силы закричал: «Руки вверх!» - потом, очевидно, вспомнив, что нужно кричать по-немецки, ещё страшнее повторил «Хенде хох!». Вслед за ним в сарай ворвались остальные. Немцы, ошеломлённые этим неожиданным визитом, подняли вверх ложки и, дожёвывая обед, с жалостью посматривая на то, что осталось не съеденным, и потом, со страхом тараща глаза на пограничников, сдались в плен».
Пленённым офицером оказался полковник Ротклифс - бывший комендант Орши, печально прославившейся на этом своем посту склонностью к садизму и массовым казням.
Не на один день не прекращались в те дни и чекистско-войсковые операции. Кстати, в красноармейских книжках бойцов и командиров полка период «сентябрь-октябрь 1944 года» так и обозначен – «Литовская ССР. Уничтожение шпионажа».
На основе архивных источников расскажем о наиболее ярких боевых деяниях подчинённых гвардии полковника А.З. Хмелюка, свершённых ими на литовской земле.
15 августа. Тринадцать немецких диверсантов, заняв удобную позицию в одном из отдельно стоящих сараев, подвергли интенсивному обстрелу дорогу, ведущую к единственному в этом районе мосту. В результате движение воинских колонн здесь оказалось парализованным.
Место инцидента находилось в зоне ответственности 7-й заставы. Однако, как на беду, под рукой у ее командира лейтенанта Меденцева в тот момент не было ни одного стрелкового отделения: все боевые подразделения несли боевую службу на других, удалённых от этого места, участках.
Что делать? И тогда лейтенант принимает решение сформировать группу захвата из находящихся при нём военнослужащих хозвзвода - старшины Звонарёва, гвардии сержанта Сашкина и красноармейца Южанова. Во главе неё становит сам. Вдовесок к автомату (у лейтенанта) и трём винтовкам вооружились гранатами.
- Диверсантов по возможности необходимо взять живыми. Они могут оказаться ценными «языками» для военной контрразведки. Огонь на поражение открывать лишь в исключительном случае, - проинструктировал подчинённых офицер.
К огневой точке противника пограничники, ни чем себя не выдав, подобрались с тыла.
Приоткрыв дверь, но не входя вовнутрь, лейтенант выпустил поверх голов немцев автоматную очередь: «Хенде хох!».
С поднятыми руками вышли трое. Среди них унтер-офицер, немного разговаривающий по-русски.
- Сколько вас всего в сарае? – спросил его лейтенант Меденцев.
- Тринадцать, остальные раздумывают, стоит ли сдаваться…
- Крикни им по-немецки, чтобы выходили по одному, иначе уничтожим!
Унтер-офицер добросовестно выполнил команду, однако немцы, засевшие в сарае, подчиниться не торопились, чего-то выжидали.
Выбора у начальника заставы не оставалось: «Красноармеец Южнов – гранату к бою!».
Ещё не успел рассеяться дым от разрыва, как из дверей выскочили наружу четверо солдат. От ужаса их бил озноб. Однако оставшиеся, - а это было хорошо слышно с улицы, -лязгнули затворами, готовясь принять последний бой.
- Южанов – ещё одну гранату! На сей раз – на поражение!
Всё – диверсионно-террористическая группа врага была ликвидирована: шесть гитлеровцев уничтожены, семеро пленены.
17 августа. Прочёсывая в окрестностях Алитуса прибрежный к Неману лес, служебные наряды 6-й пограничной заставы обнаружили плот из свежесрубленных сосен.
- Тут трудились топорами явно не крестьяне: зачем тем плот, если не так далеко отсюда добротный мост, построенный нашими сапёрами!? – прикинул в уме руководитель операции младший лейтенант Заболотный. – Не иначе, как немцы, причём имеющие при себе топографическую карту местности: чуть ниже по течению когда-то действовала паромная переправа, обозначенная на всех картах. Об её существовании теперь напоминает лишь протянутый от одного берега к другому прочный стальной трос. Не им ли хотят неизвестные воспользоваться, после того, как спустят плот на воду?!
Чтобы развеять сомнения, офицер приказал организовать ночную засаду, которую и возглавил. С собой он взял восемь человек - самых опытных солдат и сержантов.
Затаились на месте бывшей паромной переправы. Ждать пришлось недолго. Перегруженный людьми плот (как потом выяснится, на нём разместилось двенадцать до зубов вооружённых гитлеровцев) медленно плыл по течению. Когда достиг троса, направление движения изменилось. Теперь плот, набирая скорость, по прямой устремился к противоположному берегу: немцы, ухватившись за трос, ритмично перебирали по нему руками.
По команде офицера первым открыл огонь младший сержант Нефёдов, командир расчёта ручного пулемёта: трассирующими пулями он произвёл для боевых побратимов целеуказание. Следом заговорили восемь ППШ. Особенно метко в ночном сумраке разили врага сержант Сегачёв и ефрейтор Волокитин. Никто из двенадцати фашистов не уцелел…
7 сентября. Командованию 3-го стрелкового батальона стало известно точное местонахождение лесного лагеря немецкой бандгруппы: три километра от местечка Жиданцы в сторону шоссейной дороги, проходящей по обратному краю этого самого леса.
За данной бандой охота шла давно. Было известно, что в ней орудуют девятнадцать унтер-офицеров одной из дивизий вермахта, разгромленных ещё в Минском котле. Немцы держат путь в Восточную Пруссию, а по пути, делая непродолжительные остановки на отдых, занимаются грабежами и мародёрством по отношению к местному населению. На их совести и несколько нападений из засад на одиночных военнослужащих Красной Армии.
На поиск и разгром банды были выделены сразу три заставы – 11-я и 15-я линейные и 3-я резервная. Они взяли лес в кольцо и начали медленно продвигаться в глубь его труднопроходимой чащи.
К месту схрона все три группы вышли в точнорассчитанное время «Ч». Однако застать бандитов врасплох не удалось. Те успели занять круговую оборону. Произошло короткое боестолкновение. За считанные минуты банда была разбита на голову. В ходе схватки ярко проявил себя командир 11-й заставы лейтенант Плаксин. Этот доблестный офицер давно снискал себе в полку репутацию непревзойдённого снайпера. Поразительную меткость продемонстрировал и сейчас, но только уже из пистолета: с дальней дистанции на вскидку первым же выстрелом уничтожил гитлеровца, целившегося из винтовки в грудь руководителю операции - старшему лейтенанту Чернявского, у которого в тот самый момент, как на беду, внезапно заел затвор автомата.
2 января 1945 года. В 10.00 красноармеец Карпов, выполнявший в тот момент обязанности часового по охране родной для себя 13-й заставы, обратил внимание на двоих мужчин, старательно маскировавшихся под случайных прохожих. Когда же те попытались скрыться, под угрозой применения оружия остановил их и передал в руки подоспевшего на подмогу дежурного по заставе младшего сержанта Кузнецова.
Интуиция не подвела бдительного воина-чекиста: задержанные оказались агентами Абвера, только что заброшенными в наш тыл на парашютах.
К сожалению, не обходилось без потерь. Так, в конце 1944 года под Алитусом в вооружённыхм поединках с вражескими диверсантами и бандгруппами литовских националистов смертью героев погибли трое воинов 132-го пограничного полка: 16 ноября – стрелок красноармеец Михаил Фёдорович Литвинов; 3 декабря – заместитель командира одного из стрелковых батальонов лейтенант Борис Николаевич Смирнов, а на следующий день, 4 декабря, – контролёр КПП ефрейтор Николай Иванович Шматов.
В первой половине нового - 1945 – года воинская часть гвардии полковника А.З. Хмелюка, выполняя полученный из штаба 3-го Белорусского фронта приказ, покинула территорию Литвы и начала движение по немецкой земле. Теперь в зоне её ответственности были тылы и коммуникации 11-й гвардейской генерал-полковника К. Галицкого и 28-й армий генерал-лейтенанта А. Лучинского.
Примечательно, что свой вклад в разгром восточно-прусской группировки противника «зелёные фуражки» начали вносить уже на марше, когда ещё двигались в походных колонах: по пути ими выявлялись и ликвидировались вражеские засады и посты тайного наблюдения за передвижением советских войск.
Так, например, 12 января 1945 года наряд-дозор 8-й заставы в составе старшины Шарубева, сержанта Белова и красноармейца Ерохина производя разведку местности по маршруту движения своего подразделения, обнаружили замаскированный под копной соломы схрон. Укрывавшейся в нём от посторонних глаз диверсант был пленён. Позже оперативники органов контрразведки «Смерш» идентифицируют его личность как давно пребывающего в розыске государственного преступника.
Ну, а первое по-настоящему боевое крещение на земле Восточной Пруссии воины 132-го пограничного приняли 21 января. Произошло это на улицах Гумбиннена (ныне – Гусева), днём раньше взятого штурмом войсками 28-й армии.
«Зелёным фуражкам» тогда была поставлена задача, произвести широкомасштабную зачистку этого города от остатков немецко-фашистских войск и диверсантов, что диктовалось не только сложившейся боевой обстановкой, но и мерами безопасности: в Гумбиннене вот-вот должен был передислоцироваться штаб 3-го Белорусского фронта.
Подчинённые гвардии полковника А.З. Хмелюка не ударили в грязь лицом. Стрелковые подразделения поработали на совесть. Вот только один характерный пример: воинами 7-й заставы старшего лейтенанта Меденцева в районе кирпичного завода был выявлен затаившейся там вражеский агент. Он был в маскхалате и вооружён автоматом и гранатами. Поняв, что обнаружен и от погони не уйти, занял огневую позицию на самой верхней точке 30-метровой эстакады, куда забрался по вертикальной лестнице.
От окруживших его сержанта Чувашёва, красноармейцев Попова и Корогодина оборонялся с яростью обречённого. Разрывами сброшенных вниз двух гранат сумел даже легко ранить красноармейца Корогодина. И всё же был схвачен живым: когда высунулся из-за укрытия, чтобы метнуть очередную гранату, получил прицельную очередь от сержанта Чувашёва. Пули из ППШ пробили ему руку и ногу…
В ходе допросов, учинённых ему военными контрразведками, выяснилось, что он отнюдь не рядовой вражеский агент, а диверсант-профи с большим послужным списком: на Восточном фронте с июня сорок первого, выполнял задания Абвера в Крыму, в предгорьях Северного Кавказа, в освобождённом советскими войсками 1 августа 1944 года литовском Каунасе. Сейчас же в Гумбиннене он был оставлен с целью наведения фашистской авиации на разместившиеся здесь крупные воинские штабы.
Дальше на пути у воинов 132-го пограничного были города Гердауен (ныне – посёлок Железнодорожный Правдинского района), Фридланд (ныне – Правдинск), Прейсиш-Элау (ныне – Багратионовск), Цинтен (ныне – посёлок Корнево Багратионвоского района) и Хайлигенбайль (ныне – Мамоново), где им также выпало немало боевой работы. В частности, 7 февраля нарядом КПП, возглавляемым старшим сержантом Вадисом и выставленным на одной прифронтовых дорог от 3-го стрелкового батальона, была сорвана тщательно спланированная вражескими разведорганами попытка забросить в наш тыл диверсионно-террористическую группу в количестве пятерых человек. Четверо агентов изображали семью немецких беженцев, а пятый, питомец Гитлерюгенда, был надёжно укрыт от посторонних глаз в потайной нише гужевой повозки, на которой эта самая «семья» якобы бежала в восточном направлении из зоны активных боевых действий.
В городе же Гердауене у воинов полка произошла одна короткая, но оставившая неизгладимый след в сердцах встреча. Вот как об этом рассказано в архивных документах: «А навстречу по всем дорогам шли советские люди. Они, освобождённые от рабства, шли домой, в свою любимую страну…
Вдруг из толпы стремительно вышла женщина, держа на руках трёхлетнюю девочку. Она подошла к лейтенанту Трескову, который один из стоявших тут был в пограничной фуражке. «Скажите, вы – пограничник?» – взволнованно произнесла женщина. – Мой муж тоже пограничник. Не знаете ли вы его? Фёдоров, лейтенант связи?»
И она рассказала о себе. Рассказала о тех боях, которые вели пограничники с врагом в первые дни войны. Она была в Н-ской комендатуре. Её муж – лейтенант. Он ушёл в бой, и после она не видела его. Семьи пограничников не успели уехать. Пришли немцы… Потом всех… погнали в Германию. Она попала на ферму прусского помещика. Там родился у неё ребёнок – дочь лейтенанта Фёдорова…
Молча, внимательно слушали пограничники рассказ женщины… Крепче сжимались кулаки, суровее становились лица. Мстить, мстить врагу за всё – за поруганную честь, за сожжённых и замученных, за погибших в бою товарищей, отстаивавших родную землю, за их семьи, угнанные в неволю».
В течение февраля-марта сорок пятого подчинённые гвардии полковника А.З. Хмелюка, по-прежнему продолжая охранять тылы и коммуникации 11-й гвардейской и 28-й армий, приняли непосредственное участие в штурме последних опорных пунктов Хайльсбергского укрепрайона, в том числе и в районе замка Бальза, что на полуострове Кальхольц. Именно за это чуть позже, 26 апреля 1945 года, 132-й пограничный Минский полк войск НКВД СССР вместе с целым рядом воинских частей Красной Армии будет удостоен ордена Красной Звезды. Как сказано в тексте приказа, за образцовое выполнение поставленных перед ним задач при разгроме на юго-западных подступах к столице Восточной Пруссии немецко-фашистской группировки.
Особой строкой в летописи 132-го пограничного – участие в штурме Кёнигсберга. В этот город-крепость «зелёные фуражки» вошли незадолго до официальной капитуляции его гарнизона. Задача, которую получили от вышестоящего командования, - двигаясь за боевыми порядками атакующих цепей 11-й гвардейской армии, произвести зачистку юго-восточных кварталов Кёнигсберга от продолжающих здесь вооружённое сопротивление мелких разрозненных подразделений противника.
В одной из современных книг по истории пограничных войск те ожесточенные бои описаны следующим образом: «Пограничники [речь идет о воинах 132-го погранполка], используя тактику действий мелких групп, проникали в городские постройки, где гранатами, а где автоматным огнем выкуривали из них гитлеровцев, обеспечивая безопасный проход по улицам. В подвалах разрушенных зданий засели фанатично сопротивляющиеся гитлеровцы. Борьба с ними была трудной, и тогда на помощь пограничникам приходила артиллерия»…
Одновременно при самом тесном взаимодействии с оперативниками аппарата уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии «зелёными фуражками» производился поиск и захват особо важных документов вражеских органов управления; а также лиц, виновных в совершении военных преступлений, а теперь скрывающихся от возмездия среди гражданского населения Кёнигсберга.
Среди пленённых тогда оказался, в частности, личный секретарь Эриха Коха, гауляйтера Восточной Пруссии. Его выявили и задержали бойцы 13-й заставы. Произошло это при обследовании подвалов в городском массиве Понарт. Нацист укрывался в большой группе мирных жителей, выдавая себя при общении с советскими солдатами за ярого антифашиста. Однако все эти уловки ему не помогли – был пограничниками изобличён и взят под стражу.
Воины же 1-го стрелкового батальона в потоке освобождённых из фашистского рабства советских граждан, возвращавшихся теперь с чужбины на Родину, вычислили и задержали гитлеровского агента с 30-летним стажем шпионской деятельности. Русским языком он владел в совершенстве, поскольку долге годы своей жизни на нелегальном положении провёл в Москве, Ленинграде и Харькове. По своему прямому предназначению использовался немецким командованием и сейчас – как разведчик-«нелегал» направлялся обратно на территорию Советского Союза.
Непосредственно на земле Восточной Пруссии сложили свои головы трое подчинённых полковника А.З. Хмелюка: 9 апреля в бою с гитлеровскими недобитками погиб начальник продовольственной службы полка капитан Георгий Николаевич Марченков; 29 апреля 1945 года в Кёнигсберге в стенах 189-го полевого подвижного госпиталя от полученных накануне ран скончался стрелок красноармеец Алексей Ильич Кудинов; 12 мая – стрелок красноармеец Иван Григорьевич Бабий. Все они с отданием воинских почестей были похоронены в Кёнигсберге, при этом в настоящий момент известно лишь место нахождения одного из этих трёх захоронений. Речь идёт о братской воинской могиле, расположенной в Ботаническом саду Калининграда по месту бывшей дислокации 189-го полевого подвижного госпиталя. Здесь покоится прах красноармейца А.И. Кудинова. О точном же месте погребения капитана Г.Н. Марченко и красноармейца И.Г. Бабия официальным властям ничего неизвестно.
С апреля по декабрь 1945 года 132-й пограничный Минский ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР дислоцировался в поверженном Кёнигсберге, где выполнял правоохранительные функции. Но одновременно его боевые подразделения регулярно задействовались в контртеррористических операциях проводившихся в тот период на территории соседней Литовской ССР против многочисленных местных бандформирований. В результате полк дополнительно понёс безвозвратные потери в лице не менее чем восьми своих военнослужащих: 30 июля при разгроме выявленных банд погибли автоматчик 5-й пограничной заставы 1-го стрелкового батальона красноармеец Сайдулла Абдукадыров и курсант учебной команды красноармеец Пётр Владимирович Ляпунов, 7 августа 1945 года был убит командир взвода манёвренной группы младший лейтенант Анатолий Тимофеевич Хлыстов, а 8 августа 1945 года - командир отделения манёвренной группы младший сержант Михаил Михайлович Новгородов; 11 августа 1945 года у города Рокишкис погиб стрелок красноармеец Иван Александрович Баранов; 27 августа 1945 года из боя не вернулись заместитель командира отделения младший сержант Константин Степанович Коверин и номер расчёта противотанкового ружья красноармеец Иван Фёдорович Кийко; 26 сентября 1945 года был убит помощник начальника одной из пограничных застав лейтенант Иван Алексеевич Зуев. Однако при этом архивные документы донесли до нас подробности гибели только троих из всех вышеперечисленных – младшего лейтенанты А.Т. Хлыстова, младшего сержанта М.М. Новгородова и красноармейца С. Абдукадырова.
Так, в 10.30 30 июля 1945 года красноармеец-автоматчик С. Абдукадыров в составе разведывательно-поисковой группы младшего лейтенанты Шубина приступил к поиску укрывшихся накануне ночью в литовской деревне Бекинцы бандгруппы численностью в пять до зубов вооружённых боевиков. Он действовал в боевой «тройке», возглавляемой младшим сержантом Болдиным. «В то время как группы лейтенанта Шубина и сержанта Бондаренко производили поиск на северной, южной и западной сторонах деревни, группа младшего сержанта Болдина, подойдя к одному из домов, обнаружила пребывающих там бандитов. Произошло это следующим образом и явилось для группы Болдина совершенной неожиданностью: красноармеец Абдукадыров один пошёл осматривать находящийся в стороне от других строений небольшой сарай и около самых его дверей был в упор смертельно ранен выскочившим из сарая бандитом. Воспользовавшись мгновенным замешательством, бандит попытался скрыться, но был настигнут и обезоружен младшим сержантом Лапшиным…
Потери: скончался смертельно раненый красноармеец Абдукадыров…».
Что же касается офицера и младшего сержанта, то они пали смертью героя в ходе совместной операции 86-го Кёнигсбергского и 132-го Минского ордена Красной Звезды пограничных полков войск НКВД СССР, проводившейся 5-10 августа 1945 года в Бухтянском болоте и на островах озера Жувинты (окрестности деревень Бомбиники и Грынкишки Мариампольского уезда бывшей Литовской ССР) в целях поиска и уничтожения скрывавшейся там банды «Даукантас» общей численностью до ста хорошо вооружённых боевиков-террористов.
Так, «7 августа в районе восточной части озера действовала группа на 3-х лодках в количестве 6 чел. под командой мл. лейтенанта Хлыстова А.Т.
В 14 час. 00 мин. группа обнаружила бандгруппу численностью до 40 чел. на 12 лодках в районе одного из островов. Первым заметил банду красноармеец мангруппы Страхов Н.Г., подал составу группы сигнал голосом «бандиты!» и открыл огонь по банде из автомата. Ответным огнем бандиты из пулемёта и винтовок разбили лодку, на которой находились мл. лейтенант Хлыстов и ст. сержант Логвин. Мл. лейтенант Хлыстов был смертельно ранен разрывной пулей в нижнюю челюсть, тело утонуло. В перестрелке красноармейцем Страховым и сержантом Новиковым А.С. было убито 4 бандита. Подобрав из воды ст. сержанта Логвина, группа отошла на берег в район Грынкишки».
А в 14.00 8 августа «из района д. Грынкишки на озеро вышла группа на 15 лодках от 2-го батальона и мангруппы полка в количестве 21 чел...
В 21 час. 00 мин., высадившись для прочёски на один из островов, удалённый от восточного берега на 2 километра, группа обнаружила на нём признаки круговой обороны. При прочёске острова группа была обстреляна бандитами из пулемёта и винтовок, залегла и открыла ответный огонь по банде…
После 15-минутной перестрелки начальник мангруппы капитан Карцев поднял личный состав в атаку, забросал бандитов гранатами...
Во время атаки был убит командир стрелкового отделения мангруппы мл. сержант Новгородов М.М.».
В поверженной столице Восточной Пруссии 132-й погранполк оставался вплоть до начала зимы 1946 года, после чего был передислоцирован в Литву, где принял самое активное участие в окончательной ликвидации бандформирований литовских националистов. Впоследствии он – одноименный конвойный полк внутренних войск МВД СССР с местом постоянной дислокации в Вильнюсе.
Новой и при этом особой вехой в исторической летописи этой прославленной в/ч стала середина ноября 1991 года – её Боевое Знамя было перевезено из Литвы в Калининград, где состоялось возрождение полка, но уже на базе двух местных батальонов ВВ - 493-го отдельного конвойного (до 28 ноября 1968 года - 283-й отдельный дивизион конвойной охраны МВД РСФСР) и 107-го отдельного специального моторизованного. Первый дислоцировался на улице Красной и вёл свою историю с 1961 года, а второй, созданный в 1990 году, – на улице Емельянова. Таким образом, история 132-го Минского орденоносного дополнилась еще и лучшими страницами летописи этих двух тоже имеющих реальные заслуги перед янтарным краем и его жителями воинских частей.
О преемственности 132-го полка и местных, существовавших до него здесь структур внутренних войск, убедительно свидетельствует и факт присвоения первому условного номера, в течение тридцати предыдущих лет принадлежащего 493-му отдельному конвойному батальону, – «в/ч 6532».
По наследству всё от того же конвойного батальона новой-старой части перешла и именная рота, в списки которой приказом МВД СССР от 1 апреля 1985 года был навечно зачислен младший сержант Владимир Иванович Андреев, повторивший 11 февраля 1952 года при разгроме бандформирований литовских националистов подвиг Александра Матросова.
Созданием возрождённого в Калининграде 132-го Минского орденоносного полка на правах его первого командира занимался подполковник Олег Александрович Лябин, проходивший затем службу в Калининградской высшей школе МВД России, а в 2003-2005 гг. - на посту главного судебного пристава Калининградской области.
В дальнейшем полком последовательно командовали полковники Владимир Викторович Литвин (с 18 октября 1993 года по январь 1997 года; впоследствии до 2000 года - начальник УВД Калининградской области, генерал-майор милиции в отставке) и Игорь Иванович Лимаренко (с 3 февраля 1997 года по 25 января 1999 года; в настоящий момент ответственный работник одного из крупных промышленных предприятий Калининграда).
132-й Минский ордена Красной Звезды полк внутренних войск МВД России особенно запомнился калининградцам эффектными выступлениями на различных городских праздниках своего спецназа, который по праву слыл лучшим среди родственных подразделений не только в нашем эксклавном регионе, но и на всем Северо-Западе. Родоначальники и создатели этого уникального спецподразделения – кавалеры крапового берета Олег Урбанюк (впоследствии командир калининградского СОБРа, ныне подполковник милиции в отставке) и Александр Царенко (ныне майор запаса, президент Калининградской региональной Ассоциации ветеранов подразделений специального назначения органов правопорядка и безопасности «Резерв», руководитель военно-патриотического клуба юных спецназовцев).
К сожалению, с 25 января 1999 года в Калининграде больше нет ни этого полка, ни его спецназа. Дело в том, что в соответствии с планом реформирования внутренних войск МВД России калининградский полк был «секвестрирован» в 132-й отдельный специальный моторизованный батальон, за которым, однако и к счастью, осталось почетное наименование Минского ордена Красной Звезды. Проведённая реорганизация повлекла за собой и смену командования: данную в/ч до очередной реорганизации возглавил подполковник Владимир Леонидович Миршук.
В первой половине 2002 года эта прославленная в/ч стала «жертвой» очередного этапа реформирования внутренних войск – её реорганизовали в так называемую кадрированную часть: 956-й отдельный Минский ордена Красной Звезды батальон ВВ МВД России, подчиненный не на прямую командованию Северо-Западного округа внутренних войск МВД России, как это было до этого, начиная с осени 1991 года, а №-й бригаде внутренних войск МВД России (командир – полковник А. Баранов) всё того же Северо-Западного округа ВВ.
Сменился и условный номер - с «в/ч 6532» на «в/ч 3932».
Данная реорганизация повлекла за собой не только изменения в сторону значительного сокращения численности личного состава и оптимизации оргштатной структуры, но и полную смену командования - новую-старую в/ч возглавил заслуженный ветеран ее калининградского периода истории подполковник Игорь Владимирович Красношлыков. Его боевые заместители в большинстве своём тоже прослужили в 132-м орденоносном не один год. Это майоры Игорь Полещук, зам. по работе с личным составом, Николай Гергало, зам. по вооружению и техники, и старший лейтенант Расим Таджибов, зам. по тылу.
В 2005 году в/ч 3932 вновь реорганизована в отдельный специальный моторизованный батальон. Теперь его войсковые наряды вновь несут службу на улицах Калининграда по охране здесь общественного порядка.
В настоящий момент в рядах батальоне почти два десятка военнослужащих, принимавших непосредственное участие в контртеррористической операции, проводимой в Северо-Кавказском регионе. Боевая доблесть большинства из них, проявленная в схватках с вооруженными сепаратистами, отмечена государственными и ведомственными наградами. В частности, командир роты капитан Г. Голиш, удостоен медали ордена «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени с изображением мечей, а подполковник И. Красношлыков, командир части, майор А. Турчин, начальник медслужбы, и прапорщик С. Коцовский, начальник клуба, - медали Суворова.
Гордостью в/ч 3932 являются также лейтенант Антон Вебер (в 2001 году он был удостоен ордена Мужества за задержание на одной из ночных улиц Калининграда вооружённого убийцы и получившего в той схватке ножевое ранение) и прапорщик Татьяна Бердникова, военный медик, прошедшая по фронтовым дорогам сначала Афганистана, а затем и Чечни.
И ещё один малопрецедентный факт: калининградская в/ч внутренних войск все последние десятилетия – одна из базовых для проведения плановых стажировок и практических занятий курсантов Отдельного курса МВД России Калининградского пограничного института ФСБ России, в том числе и курсантов спецфака, обучающихся здесь по линии внутренних войск МВД Республики Беларусь.
Вложения
_________.jpg
______________________.jpg
__________.jpg
______________________.jpg
___________________.jpg
_______132___.jpg
1.jpg
Последний раз редактировалось sobkor 14 дек 2005, 21:56, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 15 дек 2005, 16:58

Представляю свой исторический очерк о боевом пути бывшего 31-го погранполка войск НКВД СССР.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

КЁНИГСБЕРГСКИЙ ОРДЕНА КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ ПОГРАНИЧНЫЙ ПОЛК (ОТРЯД) ВОЙСК НКВД-МВД СССР, одна из наиболее прославленных воинских частей отечественных пограничных войск и одна из трёх пограничных частей войск НКВД СССР, удостоенных за боевую доблесть, проявленную при штурме столицы Восточной Пруссии, воинского почётного наименования«Кёнигсбергская».
Полное официальное наименование на 17 мая 1945 года – 31-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды пограничный полк Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта.
Сформирован был в июле 1941 года в городе Великие Луки, районном центре Псковской области, как 88-й отдельный батальон войск НКВД по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги, но с подчинением Отделу охраны войскового тыла 22-й армии Западного фронта. Костяк новый в/ч составили военнослужащие 2-го стрелкового батальона также входившего тогда в состав 22-й армии 53-го полка войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений.
«20.7.41 из состава 2 сб, - гласит один из архивных документов Управления войск НКВД по охране тыла Калининского фронта, описывающий боевые действия 53-го полка войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений в 1941-1942 гг., - откомандирован личный состав в особый отдел НКВД 62 ск [стрелкового корпуса], в отряды на ст. Бологое и Волоколамск, на курсы младшего и среднего начсостава, а оставшаяся часть личного состава включена во вновь формирующейся 88 отдельный батальон ОВТ [отдел охраны войскового тыла] 22 армии».
В период с 21 июля по 25 августа 1941 года 88-й отдельный батальон войск НКВД по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги был привлечён командованием 22-й армией к обороне только что отбитого после двух дней оккупации города Великие Луки.
Но если исходить из данных, содержащихся на страницах Книги Памяти пограничных войск, первые безвозвратные потери в лице красноармейца-стрелка В.П. Долгушина батальон понёс чуть раньше - 18 июля 1941 года.
Хронику участия 88-го отдельного батальона войск НКВД по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги в боевых действиях лета-осени 1941 года для нас восстанавливают уже цитируемый выше архивный документ: «[Батальон] в течение месяца находится в обороне в г. В. Луки.
С 23 и 24.8.41 вёл бои в окружении противника, обороняя г. В. Луки с восточной стороны. 23.8.41 противник перешёл в наступление, бросив на район обороны батальона до 70 танков, полк мотопехоты, автоматчиков и мотоциклистов. В течение двух суток противник атаковывал 88 отдельный батальон, но атаки его были отбиты, при этом противник потерял убитыми более 100 солдат и офицеров.
В 24.00 28.8.41 произведённой разведкой был обнаружен стык противника и, получив приказ на прорыв линии окружения, 88 отдельный батальон и истребгруппа [53-го жд] полка внезапным ударом прорвали оборону противника, уничтожив большое количество живой силы и техники. Из окружения вышло и батальоном было выведено бойцов частей РККА 300 человек вместе с материальной частью».
Безвозвратные потери тех дней среди красноармейцев-стрелков: 20 августа – пропал без вести 43-летний Терентий Данилович Ярохов; 25 августа – убиты 41-летний Максим (Михаил) Григорьевич Давиденко и 22-летний Дмитрий Карпович Ерёменко, а ещё двое пропали без вести – 27-летний Алексей Сергеевич Бойков и 35-летний Емельян Степанович Трофимов.
29-31 августа 1941 года – совместно с истребительной группой 53-го полка войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений в боях на оборонительных рубежах, оборудованных в 15 км юго-восточнее города Торопец бывшей Калининской, а ныне Тверской области. Район, о котором идёт речь, – ближайшие окрестности расположенной здесь деревни Понизовье.
«В 8.00 30.8.41 противник перешёл в наступление, бросив в атаку 20 танков, большую группу мотоциклистов с автоматчиками и более батальона мотопехоты. 88 отдельный батальон, взаимодействуя с подразделениями 83 погранотряда, отразил атаки противника и заставил его отойти на исходные позиции. При этом противник на поле боя оставил четыре сожженных танка и более 170 трупов солдат и офицеров. 88 отдельный батальон с истребительной группой в 11 человек стойко удерживал район обороны до подхода частей Красной Армии».
В этом бою особенно ярко отличился заместитель секретаря бюро ВЛКСМ полка Гаврасов (воинское звание неизвестно): в поединке с превосходящими силами противника в одиночку метким огнём уничтожил двенадцать вражеских солдат и оставил занимаемую позицию лишь только после того, как получил от своих командиров приказ об отходе.
Из боя 30 августа 1941 года не вышли пятеро красноармейцев-стрелков – 33-летние Александр Архипович Горбунов и Павел Семёнович Гусаров, 36-летний Василий Сурманов, 43-летний Семён (Степан) Семёнович Шамков и 30-летний Алексей Егорович Шмоев. Все они официально учтены в Книге Памяти пограничных войск как без вести пропавшие.
Без вести пропавшим в августе 1941 года (но точная дата выбытия неизвестна) числится и другой красноармеец-стрелок – 33-летний Григорий Васильевич Аксёнов.
«1.9.41 88 отдельный батальон с истребительной группой 53 жд полка и подразделениями 83 погранполка занял оборону подступов к г. Андреаполь [районный центр бывшей Калининской, а ныне Тверской области]. В 16.00 2.9.41 группа мотоциклистов с автоматчиками до 50 человек с ходу ворвались в город, которая [т.е. данная группа] была полностью уничтожена. Все дальнейшие попытки противника прорваться в город были отбиты с большими для него потерями. Поставленная задача Военным Советом 22 армии удержать г. Андреаполь была выполнена. Город был удержан, и этот рубеж в течение месяца в дальнейшем удерживался частями Красной Армии.
В этом бою личный состав проявил исключительное мужество и беззаветную преданность социалистической Родине. Презрев смерть, наиболее проявили себя следующие [военнослужащие]: капитан Таранов, старший политрук Новиков, младшие лейтенанты Стрельцов, Маркин, Волков и Семёнов, политрук Маевский, врач Нечепурной, военфельдшер Марушкина, старшина Малина, старший сержант Хрусталёв, ефрейтор Громов, красноармейцы Леонов, Демешко и другие».
С октября 1941 года 88-й отдельный батальон войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги - в составе Управления охраны войскового тыла (с 1942 года – Управление войск НКВД СССР по охране тыла) Калининского фронта.
11 октября 1941 года ещё одна безвозвратная потеря в рядах личного состава части - погиб красноармеец-стрелок Митрофан Леонович Волавик.
За проявленное в боях июля-октября 1941 года «мужество, героизм, беззаветную преданность социалистической Родине и полное презрение к смерти в борьбе с германскими оккупантами личный состав 88 отдельного батальона и истребгруппа 53 жд полка награждены и представлены к правительственным наградам в следующем количестве:
Орденом Красного Знамени – 3 награждено и 4 представлено;
Орденом Красной Звезды – 11 награждено и 21 представлен;
Медалью «За отвагу» - 3 награждено и 5 представлено;
Медалью «За боевые заслуги» - 1 награждён и 3 представлены.
Всего – 18 награждено и 33 представлено».
В январе 1942 года на территории бывшей Калининской, а ныне Тверской области 88-й отдельный батальон войск НКВД СССР по охране железнодорожных сооружений Калининской железной дороги был переформирован в 31-й пограничный полк войск НКВД СССР. С этого момента и до конца 1943 года он выполнял служебно-боевые задачи по охране тыла 22-й 39-й и 43-й армий Калининского фронта.
Полк заслуженно славился на Калининском фронте своими снайперами. Так, в июле 1942 году группа снайперов в количестве 121 военнослужащего проходила боевую стажировку на участке обороны 22-й армии. Уже в течение первых пяти дней она уничтожила 962 фашистов. Всего же в третьем квартале 1942 года снайперы полка своими меткими выстрелами сразили 1298 вражеских военнослужащих, чем установили среди других действующих здесь частей войск НКВД СССР своеобразный рекорд. А особенно отличились тогда своей меткостью красноармейцы Антоненко и Курдов: первый за восемь дней боевого поиска уничтожил из снайперской винтовки двадцать солдат и офицеров противника, а второй, казах по национальности, - 17.
На слуху у воинов 31-го погранполка в те дни было и имя другого снайпера-рекордсмена – младшего сержанта Дудника. В ходе первых пяти дней июльской (1942 года) боевой стажировки он с помощью военной хитрости (вынудил например, однажды противника открыть массированный огонь по чучелу) выследил и уничтожил 37 немецких солдат и офицеров.
К сожалению, несли потери и сами снайперские команды. В частности, при выполнении боевого задания погибли красноармейцы-снайперы: где-то у деревни Подберёзье Нелидовского района современной Тверской области - Александр Давыдович Гончаров (дата гибели неизвестна), а 3 марта 1944 года у деревни Побединщина Витебской области Белоруссии - Иван Гаврилович Агафонов.
Всего, если исходить из Книги Памяти пограничных войск, в ходе боевой страды 1942-первой половины 1944 годов (но без учёта потерь, понесённых снайперскими командами), погибли не менее четырнадцати военнослужащих полка и, в том числе: представители офицерского состава - старший лейтенант Д.В. Акимов (21 февраля 1943 года) и младший лейтенант И.Г. Фомичёв (2 июня 1944 года); младшие командиры - старшина стрелкового батальона старшина А.П. Бирюков (умер от ран 3 июня 1944 года в эвакогоспитале № 2659), старшина погранзаставы сержант Н.С. Житинский (5 ноября 1942 года), сержант И.Е. Белик (4 января 1943 года у станции Скворцово, что в Торопецком районе современной Тверской области; должность неизвестна), командиры отделений старший сержант И.П. Скрылёв (7 января 1943 года) и сержант М.И. Залесский (24 февраля 1942 года), шофёр сержант С.А. Ермаков (13 января 1943 года), инструктор служебных собак младший сержант В.В. Лазуков (17 октября 1943 года), младший сержант П.Ф. Смирнов (12 октября 1943 года; должность неизвестна); солдаты - повозочный ефрейтор И.И. Авнин (8 марта 1943 года у районного центра Оленино современной Тверской области), красноармейцы Н.Г. Белов (26 февраля 1942 года у деревни Колесня Нелидовского района современной Тверской области), А.Е. Гаврилов (26 апреля 1943 года у деревни Репино современной Калужской области), И.А. Жуков (30 мая 1943 года), М.М. Курбанов (23 сентября 1943 года), И.И. Мошко (6 января 1942 у деревни Байгорово современной Тверской области) и А.И. Шикин (6 марта 1943 года). Были и пропавшие без вести, общее число которых пока установить не удалось.
Успешно выполнял 31-й пограничный полк войск НКВД СССР полк и возложенные на него служебно-боевые задачи по охране тыла фронта. Так, к слову, в октябре 1942 года в районе деревни Замошье Нелидовского района бывшей Калининской, а ныне Тверской области двумя его разведывательно-поисковыми группами, возглавляемыми капитаном Цветковым и младшим лейтенантом Гаревым, была выявлена и обезврежена выброшенная трое суток назад с самолёта диверсионно-разведывательная группа противника в количестве шести человек. При этом подчинённые младшего лейтенанта Гареева в ходе погони настигли и после непродолжительного, но жестокого по своему характеру боестолкновения пленили четверых парашютистов, а капитана Цветкова – двоих. Дополнительными трофеями той операции стали шесть спрятанных в лесных тайниках парашютов, а также немалое количество различного шпионского снаряжения.
С 1 октября 1943 года 31-й погранполк – в составе Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта. И в данном качестве ярко отличился уже в первые дни после начала Белоруской стратегической наступательной операции. Так, только в период с 23 июня по 14 июля 1944 года он совместно с личным составом соседнего 216-го погранполка всё того же 1-го Прибалтийского фронта в ходе проведения чекистско-войсковых операций истребил сто восемьдесят шесть не желавших сложить оружие гитлеровцев и, в том числе, восемнадцать офицеров, а 1354-х захватил в плен, включая сорока четырёх офицеров.
Вот краткая хроника тех дней. В ночь с 27 на 28 июня разведывательно-поисковая группа, возглавляемая лейтенантом Савченко, у белорусской деревни Слободка методом засады выявила и в ходе завязавшегося боя ликвидировала пробиравшуюся лесами на запад группу немецких военнослужащих. Итог операции: уничтожено двое унтер-офицеров, а остальные (два офицера и девять солдат) пленены. Трофеи: ручной пулемёт, пять винтовок и пистолет. С нашей стороны обошлось без потерь. В бою особенно отличился сержант Урусов.
В ночь с 30 июня на 1 июля военнослужащие обоза 11-й и 14-й погранзастав старшины Брызгалёв и Усольцев, сержант Буяло и красноармеец Кубицкий положили конец преступной деятельности хорошо вооружённой (ручной пулемёт и два автомата) шайки грабителей и мародёров, состоявшей из семи гитлеровцев-недобитков.
Внезапно атаковав захваченную накануне вечером бандитами белорусскую деревню Новинки, они метким автоматным огнём и ручными гранатами уничтожили пятерых негодяев, а двоих захватили в плен. Среди пограничников в ходе этого боя никто даже не был ранен. А героем схватки стал тогда старшина Брызгалёв - и как руководитель операции, и как меткий стрелок. К слову, он лично скосил из автомата пытавшихся оказать яростное сопротивление троих солдат и офицера.
1 июля 1944 года. Разведывательно-поисковая группа 8-й пограничной заставы (10 штыков во главе с лейтенантом Сербиным) при прочёсывании одного из лесных массивов выявила и в завязавшемся встречном бою уничтожила сводное пехотное отделение гитлеровцев. От возмездия никто из врагов не ушёл: трое убиты, четверо пленены. Трофеи пограничников: три винтовки и четыре парабеллума. С нашей стороны не было даже раненых. В ходе схватки особенно отличились младший сержант Сысолятин и красноармеец Шагин.
2 июля 1944 года. Разведывательно-поисковая группа 1-й пограничной заставы (12 штыков во главе с лейтенантом Васильевым) сорвала попытка сводного подразделения противника (20 человек при двух автоматах, трёх винтовках и двух пистолетах) скрытно переправиться у белорусских деревень Марги и Подрезы через реку Улла. После недолгой перестрелки все двадцать немцев сдались на милость победителя. В бою особенно отличились лейтенант Бутьков и младший сержант Березтнёв.
3 июля 1944 года. В 12.20 юго-восточнее белоруской деревни Старое Ранчище разведывательно-поисковая группа 8-й пограничной заставы (21 штык во главе с начальником заставы лейтенантом Литвиновым) настигла и ликвидировала сводное немецкое подразделение численностью в семнадцать военнослужащих вермахта, десять из которых являлись офицерами. В схватки враг потерял двенадцать человек убитыми, в том числе пятерых офицеров. Остальные сдались в плен. В бою особенно отличился ефрейтор Кузнецов: выйдя гитлеровцам наперерез, он огнём из ручного пулемёта преградил им путь вперёд. Его позиция оставалась непреступной даже после того, как получил три пулевых ранения - одно лёгкое в левую руку и два тяжёлых в грудь.
Мужественно и решительно действовали в том бою также старший лейтенант Волченко, лейтенант Литвинов и младший сержант Сысолятин.
Трофеи, доставшиеся «зелёным фуражкам»: девять винтовок и по четыре единицы автоматов и парабеллумов.
8 июля 1944 года. В 7.30 1-я резервная и 3-я линейная пограничные заставы подверглись внезапной атаке со стороны превосходящих сил противника. Фашисты стремились вырваться из окружения путём организации прорыва через боевые порядки советских войск. Не получилось: пограничники не дрогнули и дали достойный отпор - перед их позициями остались лежать трупы двадцати трёх немецких солдат и офицеров, а остальные нападавшие были отброшены назад и рассеяны по окрестным лесам плотным огнём. К сожалению, не обошлось без потерь и в рядах «зелёных фуражек»: один советский офицер был убит (к сожалению, фамилию установить не удалось), а ещё один получил ранение…
В боях сорок четвёртого года при освобождении советской Белоруссии и Литвы также погибли: врач полка старший лейтенант медицинской службы Анна Михайловна Забелинская (22 июля), начальник манёвренной группы полка старший лейтенант Алексей Семёнович Костюк (7 июля) и командир взвода младший лейтенант Василий Дмитриевич Ушков (10 августа), кузнец старший сержант Г.В. Гула (18 июля в районе деревни Бернаты Витебской области). Кроме того, по неофициальным данным (в Книге Памяти пограничных войск его фамилия не значится) от полученных в бою 8 июля ран уже в госпитале скончался герой-пулемётчик ефрейтор Кузнецов.
В ходе Прибалтийской (1944) и Восточно-Прусской (1945) стратегических наступательных операций полк возглавлял подполковник Сергей Николаевич Котов. Под его руководством тридцать первый ярко отличился в боях на дальних подступах к столице Латвии, что впоследствии было высоко оценено Родиной. Так, на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР № 145 от 22 октября 1944 года «за образцовое выполнение заданий командования в боях с немецко-фашистскими захватчиками при прорыве обороны противника юго-восточнее города Рига и проявленные при этом доблесть и мужество» 31-й пограничный полк войск НКВД СССР был удостоен ордена Красной Звезды (№ 897635, но Грамота Президиума Верховного Совета СССР от 28 мая 1948 года № 737/605).
Одновременно личный состав полка, защищая прифронтовые коммуникации, нанёс ощутимый урон всевозможным, окопавшимся в нашем тылу, бандформированиям. Вот только одно документальное тому свидетельство. Оно почёрпнутое из Политдонесения начальника политуправления 1-го Прибалтийского фонта генерал-майора И.П. Волковского, датирвоанного 12 октября 1944 года (ЦАМО: ф. 325, оп. 8241, д. 16, л. 305-308): «…Несколько групп из числа оставшихся в окружении немецких солдат и офицеров, а также присоединившиеся к ним каратели, полицейские и сотрудники фашистских концлагерей в Литве, общей численностью свыше 50 вооружённых, стремившихся пробиться через линию фронта и выйти к городу Мемель, по пути следования занимались диверсией и убийствами военнослужащих и мирных жителей.
В районе Паневежиса они были окружены подразделениями 31-го пограничного полка и в бою ликвидированы. При этом отличились пограничники – рядовые Николаенко, Алфёров, Бородин и Лось».
В период с 15 декабря 1944 по 31 января 1945 года полк, продолжая при этом охранять войсковой тыл 1-го Прибалтийского фронта (в том числе с 1 января 1945 года – 4-й ударной и 43-й армий), принял участие в широкомасштабной операции войск НКВД СССР против бандформирований литовских националистов. Он действовал тогда в Расейнском, Таурагском и ряде других уездов Литовской ССР, расположенных вдоль границы с Восточной Пруссией.
Всего тогда полковой разведкой в зоне ответственности подчинённых подполковника С.Н. Котова было выявлено двенадцать активно действующих здесь банд общей численностью почти в 1125 активных штыков. В ходе череды чекистско-войсковых операций полк восемь раз имел с ними крупные боестолкновения. В частности, 17 декабря 1944 года полк нанёс сокрушительный удар по банде некого Побарчуса, в недавнем прошлом офицера литовской армии, но опустившегося, в конце концов, до роли наймита немецких нацистов. Банда понесла значительные потери, мало-мальски оправиться от которых сумела только к началу февраля следующего года. Впоследствии (15 февраля 1945 года) она, к слову, была окончательно разгромлена уже подразделениями другого пограничного полка, также входившего в состав Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта, - 338-го.
Дата другого крупного боестолкновения - 24 декабря 1944 года. Оно произошло в районе местечка Гиртаколь Расейнского уезда бывшей Литовской ССР. В этот день разведывательно-поисковой группа лейтенанта И.С. Носок, высланная в местный лесной массив от 13-й пограничной заставы, лицом к лицу столкнулась с бандой численностью в 50 штыков. Завязался неравный бой. Пограничники сумели уничтожить свыше тридцати боевиков, но и сами понесли безвозвратные потери в лице четырёх своих побратимов – заместителя начальника 13-й пограничной заставы лейтенанта Ивана Самойловича Носок, инструктора служебных собак старшего сержанта Ивана Павловича Захарченко, командира отделения младшего сержанта Василия Михайловича Сёмика и заместителя командира отделения младшего сержанта Ивана Ивановича Васильева. При этом, как гласит Исторический формуляр части (ЦПА ФСБ России: ф. 318, оп. 2, л. 2, лл. 1-8), старший сержант И.П. Захарченко, «будучи окружён бандитами, подорвал себя гранатой и нанёс ранения врагу», а младший сержант И.И. Васильев «в ходе боя получил ранение и попал в плен к бандитам. Мужественный пограничник был подвергнут жестоким пыткам, но до конца жизни остался верен Присяге».
Общий итог полуторамесячного участия 31-го погранполка в данной контртеррористической операции: истреблено 88 вооружённых бандитов, а ещё 246 пленено. Захвачено боевых трофеев: винтовки и карабины – 161; пулемёты -16; автоматы – 11; ручные осколочные гранаты – 44; мины различных конструкций – 14; патроны к стрелковому оружию – 28297; радиостанции - одна.
Одновременно «зелёным фуражкам» удалось обезвредить тогда и немало иных преступных элементов и, в частности: лиц, уклоняющихся от призыва на военную службу, - 944; дезертиров – 28; бывших полицаев и карателей – 25; скрывающихся от советского правосудия предателей и изменников Родины – 7; вражеских агентов, засланных к нам в тыл с диверсионно-разведывательной миссией, - 2; мародёров – 2.
И ещё одна боевая доблесть полка: его столь успешное и бескомпромиссное противодействие бандитам не замедлило тут же положительно сказаться на оздоровлении морально-психологического климата в окрестных населённых пунктах, свидетельством чему тот факт, что в декабре 1944-январе 1945 гг., осознав всю дальнейшую бесперспективность своего пребывания на нелегальном положении, на призывные пункты, расположенные в зоне ответственности 31-го погранполка, поспешили добровольно явиться 9484 местных жителя из 13 тысяч, уклонявшихся на тот момент от призыва или мобилизации на военную службу.
К сожалению, в ходе чекистско-войсковых операций осени 1944-зимы 1945 гг. имел и другие безвозвратные потери, кроме понесённых 24 декабря. Так, согласно Книге Памяти пограничных войск и Книге Памяти Калининградской области «Назовём поименно», в тот период в литовских лесах погибли: 5 октября 1944 года - командир отделения младший сержант Иван Иванович Нечетаев; 11 ноября 1944 года - пулемётчик красноармеец Александр Алексеевич Толкачёв; 15 декабря 1944 года – красноармеец-телефонист Николай Иванович Харченко; 16 декабря 1944 года - заместители командиров отделений красноармейцы Владимир Степанович Гузлаев и Владимир Степанович Гузненко; 17 декабря 1944 года – красноармеец-стрелок Фёдор Григорьевич Федотов; 29 декабря 1944 года – красноармеец Магомет Калинкович Саадуев; приблизительно в самом конце декабря 1944-начале 1945 гг. - красноармейцы Анна Васильевна Моисеева и Яглы-Сагадиевич Сагадиев; 9 января 1945 года - инструктор служебных собак сержант Николай Васильевич Орёл.
Кроме того, в ходе боёв 1944 года (но точная дата неизвестна) погибла полковая писарь красноармеец Нина Александровна Горшкова.
В течение декабря 1944-января 1945 гг. военнослужащие 31-го погранполка одновременно нанесли ощутимый урон и войскам вермахта путём откомандирования в боевые порядки частей и соединений 43-й армии 1-го Прибалтийского фронта своих лучших снайперов. Для этого последние были сведены в две снайперские команды по шестнадцать человек личного состава в каждой. Началом месячной командировки для обеих команд стало 7 декабря 1944 года. При этом 1-я снайперская команда осуществляла боевой поиск в полосе обороны 70-й и 344-й стрелковых дивизий 19-го стрелкового корпуса, а 2-я (начальник – старший лейтенант Гори) – частей и соединений, непосредственно участвовавших в осаде восточнопрусского Мемеля (ныне – литовский Клайпеда).
Результатом боевой стажировки снайперов 1-й команды стали выведенные из строя к 6 января 1945 года 374 гитлеровца, а второй к 7 января 1945 года – 254. Однако, к сожалению, не обошлось без потерь и в рядах самих снайперов. И особенно большие они были в 1-й команде: из боевого поиска по причине героической гибели в бою не вернулись одиннадцать её представителей (но фамилии неизвестны), при этом оставшиеся в живых пятеро других к концу фронтовой командировки также выбыли из строя, но только уже в связи с полученными ранениями.
2-й команде в этом отношении повезло больше: её потери – один раненый в лице ефрейтора Савченко.
Как гласит Книга Памяти Калининградской области «Назовём поименно» (т. 18, стр. 274), 2 февраля 1945 года в стенах дислоцировавшегося в восточнопрусском городе Лабиау (ныне – Полесск) 464-го хирургического полевого подвижного госпиталя от ран скончался военнослужащий 31-го погранполка старший сержант Николай Максимович Чернов. Фамилия этого воина почему-то отсутствует в Книге Памяти пограничных войск.
Начиная с 10 февраля 1945 года, 31-й пограничный ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР принял непосредственное участие в Восточно-Прусской стратегической наступательной операции. Для этого ему, выполняя приказ вышестоящего командования, пришлось совершить шестидневный марш из окрестностей литовского города Таураге вглубь Земландского полуострова на рубеж: город Кранц (ныне – Зеленоградск) – посёлок Кармиттен (ныне - Отрадное Гурьевского района) – посёлок Вилкюнен. Местом дислокации штаба полка при этом стал посёлок Заллекен (ныне – Лесосеково Гурьевского района).
Задача, к выполнению которой приступил уже 16 февраля, – охрана тыла и коммуникаций 39-й и 43-й армий 1-го Прибалтийского фронта (в 24.00 24 февраля 1945 года преобразован в Земландскую оперативную группу войск 3-го Белорусского фронта), в том числе участие здесь в режимных мероприятиях по отселению из прифронтовой полосы гражданского населения.
Всего к 19 апреля 1945 года на Земландском полуострове (но без учёта участия в штурме Кёнигсберга) служебными нарядами полка в лице разведывательно-поисковых групп, дозоров, засад и выставленных на важнейших дорогах КПП были выявлены и задержаны 3213 человек и, в том числе: германских подданных, уклонившихся от мобилизации в немецко-фашистскую армию, – свыше 990; членов нацистской партии – 662; дезертиров из рядов Красной Армии – 153; советских военнослужащих, отставших от своих частей, - свыше 60; членов вооружённых отрядов фольксштурма – 18; агентов вражеской разведки – 8; изменников Родины – 2; граждан иностранных государств – свыше 27; советских граждан, пребывавших на территории Восточной Пруссии в немецком рабстве, - свыше десяти.
Одновременно из прифронтовой полосы полк отселил в безопасную зону 10132 человека из числа местного немецкого населения.
На лицевом счету полка и участие в широкомасштабной зачистке войсками НКВД СССР Восточной Пруссии. Так, 26-30 марта 1945 года его 3-й стрелковый батальон провёл чекистско-войсковую операцию на стыке лесных массивов «Штаатсфорст» и «Грайбен» (северо-западное предместье осаждённого Кёнигсберга), где укрывалась диверсионно-разведывательная группа противника численностью в десять человек.
Итог операции: трое вражеских лазутчиков убиты, а остальные семеро пленены, причём произошло это, когда последние, переодевшись в советскую военную форму, пытались «раствориться» в массе военнослужащих Красной Армии из расположенных здесь воинских частей 39-й и 43-й армий.
Одновременно батальон выявил и уничтожил пять принадлежавших разгромленной группе диверсантов лесных бункеров, а также захватил богатые трофеи в виде сорока килограммов взрывчатки, тридцати мин, 62-х гранат (в том числе двенадцати противотанковых), двенадцати единиц огнестрельного оружия (шести автоматов, пяти винтовок и одного пистолета), ящика с запалами и взрывателями, 5800 штук различных патронов, одной радиостанции.
За образцовое выполнение заданий командования и верность долгу, проявленные в ходе ликвидации Земландской группировки немецко-фашистских войск, 44 военнослужащих полка впоследствии были удостоены государственных наград, а 238 (в том числе 17 офицеров и 53 представителя сержантского состава) – поощрены в дисциплинарном порядке.
Всего же за мужество и фронтовую доблесть, проявленные в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции, боевыми наградами были отмечены 197 воинов полка. Соответствующие регалии им были вручены в период с 1 апреля по 1 июля 1945 года.
Кроме того, весь личный состав части в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 июня 1945 года был удостоен медали «За взятие Кёнигсберга» (в воинских частях, ставших правопреемником 31-го погранполка, награждения были произведены: в 115-м погранотряде – на основании приказа по части № 30 от 20 декабря 1945 года, а в 24-м погранотряде – на основании приказа по части № 025 от 25 февраля 1946 года).
С 5 апреля 1945 года в связи с расформированием Земландской оперативной группы войск полк был напрямую переподчинён начальнику Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта. Теперь в зоне его ответственности находился войсковой тыл 11-й гвардейской и 50-й армий, которым предстояло непосредственно участвовать в штурме Кёнигсберга.
11-19 апреля 1945 года – 31-й полк совместно с другими введёнными в город частями и соединениями Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта принял участие в широкомасштабной зачистке Кёнигсберга, предпринятой советским командованием в целях окончательного подавления здесь вооружённого сопротивления врага. В зоне ответственности подчинённых подполковника С.Н. Котова тогда оказалась большая часть правобережных кварталов Кёнигсберга, за исключением западной и восточной окраин. Как свидетельствуют архивные документы, личным составом полка в течение этих восьми суток было захвачено и пленено в общей сложности 1555 солдат и офицеров противника, а также выявлено, обезврежено и передано в руки военных контрразведчиков 495 военных преступников, в том числе 194 члена вооружённых отрядов фольксштурма, 35 членов нацистской партии, пять сотрудников гестапо и один представитель вооружённых отрядов СА. При этом у пленённых было изъято на правах трофеев 2783 винтовки и карабина, 203 пулемёта,15 автоматов,18 ящиков с гранатами, одна радиостанция.
В ходе зачистки города нередко имели место боестолкновения с нежелающими сложить оружие разрозненными группами гитлеровцев. В частности, как следует из Исторического формуляра полка (ЦПА ФСБ России: ф. 318, оп. 2, л. 2, лл. 1-8), в 15.30 14 апреля разведывательно-поисковая группа (РПГ) 6-й пограничной заставы, возглавляемая лично начальником данной погранзаставы лейтенантом Лейзером Ханимовичем Бродецким, в подвалах располагавшегося по улице Шонштрассе комплекса зданий правительства Восточной Пруссии (ныне – улица генерала Соммера на участке от улицы маршала Рокоссовского до улицы Пролетарская) подверглась нападению из засады.
Пограничники заняли оборону. В ходе завязавшейся огневой дуэли им удалось ответным огнём уничтожить двух гитлеровцев – офицера и солдата. Но поскольку превосходство в численности было у противника (не менее сотни штыков), а также в силу наличия двух раненных - лейтенант Л.Х. Бродецкий (получил смертельное ранение) и ефрейтор Солоницын (был легко ранен) – РПГ, которую теперь возглавил штатный заместитель лейтенанта Л.Х. Бродецкого старший сержант Данишевский, была вынуждена отступить.
Через некоторое время, когда данный район оказался со всех сторон плотно блокированным 6-й заставой, схватка в подземелье продолжилась. На сей раз разведывательно-поисковой группе с помощью массированного применения в ближнем бою пулемётов и ручных осколочных гранат удалось достаточно быстро сломить отчаянное сопротивление противника, но вот, однако, продвинуться вглубь подземелья ей помешал внезапно вспыхнувший здесь от разрывов гранат пожар. Но он-то, этот самый пожар, и выполнил за пограничников их боевую работу – беспощадно уничтожил засевших в подземелье фашистов, а также находившийся при них солидный арсенал: кто-то из врагов погиб в огне и дыме, а кто-то от взрывов начавших детонировать в жарком пламени бессчётных ящиков с боеприпасами…
Говоря по-другому, враг дорого заплатил за смерть лейтенанта Л.Х. Бродецкого. На поверхность в разных местах Шонштрассе и прилегающих к ней улочек чудом удалось тогда выбраться не больше чем трём десяткам солдат противника, но они все тут же были выявлены, обезоружены и пленены нарядами 6-й пограничной заставы.
В ходе спецоперации по зачистке Кёнигсберга смертельное ранение получил и другой военнослужащий 31-го погранполка – лейтенант Дмитрий Матвеевич Ушков. Согласно Книге Памяти Калининградской области «Назовём поименно» (т. 18, стр. 140), он скончался 24 апреля 1945 года в стенах 189-м полевого подвижного госпиталя, однако в Книге Памяти пограничных войск (т. 3, стр. 242), почему-то значится как пропавший без вести в годы Великой Отечественной войны.
20 апреля 1945 года 31-й пограничный ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР был выведен из Кёнигсберга, где к тому времени успешно выполнил все полученные ранее задания командования, и сосредоточен в городе Тапиау (ныне – Гвардейск). Прибыв сюда, он впервые за долгие месяцы пребывания на фронте, приступил к занятиям по боевой подготовке в условиях, очень близким к мирным. Здесь, на берегах реки Дейме (ныне – Дейма), он и встретил известие о безоговорочной капитуляции фашистской Германии.
Однако та предоставленная вышестоящим командованием передышка оказалась, увы, недолгой. Уже 13 мая 1945 года от начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта генерал-лейтенанта И.С. Любого поступил приказ об экстренной передислокации полка из Тапиау на юг Восточной Пруссии (ныне – территория Польши) в связи с обострившейся в Зенсбургском и Йоганнисбургском округах оперативной обстановкой.
Местом дислокации штаба полка в новом районе оперирования стал город Йоганнисбург (ныне – польский Пиш). Прибытие сюда совпало с радостной новостью, поступившей вскоре из Москвы: приказом Верховного Главнокомандующего № 084 от 17 мая 1945 года «за образцовое выполнение заданий командования в боях с фашистскими захватчиками при овладении городом и крепостью Кёнигсберг и проявленные при этом доблесть и мужество» 31-й пограничный ордена Красной Звезды полк войск НКВД СССР был удостоен воинского почётного наименования «Кёнигсбергский». (По воинским формированиям НКВД СССР данный приказ Верховного Главнокомандующего был объявлен приказом № 0132 от 24 мая 1945 года генерального комиссара госбезопасности Л.П. Берия.)
Чекистско-войсковые операции на юге Восточной Пруссии против окопавшихся в окрестных лесах польских бандформирований и оставленных здесь фашистами в бессчётном количестве диверсионно-террористических и шпионских групп подчинённые подполковника С.Н. Котова успешно проводили вплоть до 10 июня 1945 года, пока не поступил новый приказ: передислоцировавшись в местечко Яшуны (ныне – Яшюнай) Вильнюсского уезда Литовской ССР, усилить собой группировку войск НКВД СССР, осуществляющую борьбу с бандформированиями литовских националистов на территории Вильнюсского и Тракайского уездов.
Марш совершался на автомобилях и по времени занял двое суток. А, спустя ещё трое суток (15 июня), тридцать первый Кёнигсбергский орденоносный наряду с 33-м и 220-м погранполками вновь был включён в состав возрождённого 1-го Прибалтийского фронта.
До 19 июля полк действовал в зоне Вильнюсского оперативного сектора, включавшего в себя территории Вильнюсского, Тракайского и Алитусского уездов. При этом штаб части со 2 июля дислоцировался в местечке Валькиненкай.
В районе оперирования чекистско-войсковых мероприятия командованием полка не прекращались ни на минуту, что позволило уже достаточно скоро значительно оздоровить здесь оперативную обстановку. Например, точно известно, что только в период с 15 июня по 18 июля и только пленными тридцать первым Кёнигсбергским было захвачено 195 активных участников незаконных вооружённых формирований. Ещё 260 боевиков из разгромленных им террористических банд, спасаясь от полного истребления, поспешили сложить оружие и явиться с повинной.
Одновременно, подчинёнными подполковника С.Н. Котова были изобличены, обезврежены и переданы в руки чекистов 19 разномастных изменников и предателей Родины, 18 агентов иностранных разведок, пять дезертиров. Кроме того, в зоне их ответственности добровольно явились на призывные пункты 482 местных жителя из числа лиц, ранее уклонявшихся от призыва или мобилизации в Красную Армию.
Бандформирования, кроме того, не досчитались тогда и солидного арсенала, который достался военнослужащим полка на правах захваченных в жестоких боях трофеев. Так, согласно архивным документам (ЦПА ФСБ России: ф. 318, оп. 2, д. 1, лл. 11-31), речь в данном случае идёт, по меньшей мере, об одном противотанковом ружье, одиннадцати пулемётах, семнадцати автоматах, сорока восьми винтовках и карабинах, двадцати пистолетах, двух минах, четырёх ручных осколочных гранатах, почти четырнадцати тысячах патронах, девяти сигнальных ракетах.
С 19 июля по 12 октября 1945 года полк (при этом с 17 августа по 19 сентября 1945 года, будучи уже формально переподчинённым почему-то Управлению войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Украинского фронта) нёс боевую службу в соседнем оперсекторе - на территории Расейнского и Кедайнского уездов Литовской ССР (но место дислокации штаба – город Расейняй). В этом районе оперирования его личным составом в ходе боестолкновений двадцать девять бандитов были уничтожены, а несколько сотен захвачены живыми.
Так, 20 июля, благодаря своевременно полученной от местного населения оперативной информации, 1-й и 2-й стрелковые батальоны полка в районе деревни Подратвине захватили врасплох и в ходе достаточно жаркого боя ликвидировали базировавшуюся там банду. Из сорока пяти до зубов вооружённых боевиков лишь трём удалось тогда каким-то чудом выскользнуть из ловушки, а вот остальные сорок два или были уничтожены на месте, или же угодили в плен. Одновременно в руки «зелёных фуражек», попали тогда и богатые трофеи - солидный арсенал (станковые и ручные пулемёты, автоматы и винтовки) и конный обоз банды.
В ходе этой операции, которая, начиная с 4.00, длилась более десяти часов кряду, особенно отличился расчёт станкового пулемёта «максима» из состава 2-й резервной заставы: действуя под руководством начальника данной заставы старшего лейтенанта Нурланова, пулемётчики кинжальным огнём, внезапно нанесённым с фланга, не только сорвали отчаянную попытку противника, поднявшись в контратаку, совершить прорыв, но и на месте замертво уложили десятерых врагов.
Как прекрасные тактики, проявили себя в этом же бою командиры боевых групп майоры Анзин и Марков: они грамотно руководили возглавляемыми подразделениями, что во многом и решило победный исход операции.
Однако, к сожалению, не обошлось без потерь и в рядах самих пограничников: в 11.20 головной дозор, высланный от 5-й погранзаставы в юго-западную часть леса, угодил в засаду. В результате двое военнослужащих – профессиональный разведчик младший лейтенант Александр Васильевич Лавров и красноармеец-стрелок Файвуш Исаакович Бениаминович (Вениаминов) погибли, а их трупы в течение некоторого времени оставались в зоне, подконтрольной бандитам.
Из той, устроенной бандитами, западни тогда спасся лишь старший дозора – помощник начальника 5-й погранзаставы лейтенант Коновалов: будучи лишь легко раненым, он, не позволяя бандитам к себе приблизиться, яростно отстреливался, пока не подоспела подмога от действовавшей чуть позади боевой группы майора Маркова.
Однако убийцы – те самые трое, которым, 20 июля удалось-таки просочиться через плотное кольцо оцепления, - всё же не ушли от праведного возмездия. Вот как об этом говорится в Сводке от 27 июля 1945 года штаба Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта («Пограничные войска СССР 1945-1950: Сборник документов и материалов». Изд. «Наука» - М.: 1975, стр. 111): «В ночь на 26 июля 1945 г. на вероятных путях движения бандитов в районе д. Папорце была выслана группа в составе 12-й и 14-й застав 31-го погранполка в количестве 45 чел., под командованием капитана Шапаря.
В 2 час. 00 мин. 26 июля из леса севернее д. Папорце выехала подвода с тремя неизвестными, следовавшая в направлении группы. Подпустив неизвестных на близкое расстояние, командир группы решил их задержать. Во время задержания неизвестные пытались бежать, в результате убито 2 бандита и ранен 1 бандит. У убитых и раненого изъяты трофеи: автоматов - 3, пистолетов - 2, гранат - 6. Кроме этого, у бандитов отобран ремень и револьвер красноармейца Вениаминова, пистолет мл. лейтенанта Лаврова, убитых бандитами 20 июля».
Если исходить из Книги Памяти пограничных войск, в той же спецоперации, проводившейся 20 июля у деревни Подратвине, погиб и ещё один офицер - помощник начальника отделения разведки одного из стрелковых батальонов младший лейтенант Владимир Александрович Болванов, но подробности его героической смерти неизвестны. А всего же в борьбе с бандитизмом на территории Литвы, помимо младших лейтенантов А.В. Лаврова и В.А. Болванова, красноармейца Ф.И. Бениаминовича (Вениаминова), летом-осенью сорок пятого сложили свои головы ещё не менее пяти других военнослужащих полка. Назовём их поименно. Это - начальник штаба 2-го стрелкового батальона капитан Николай Афанасьевич Васильев (10 июня), сержанты Михаил Иванович Матвеев (13 июня) и Николай Петрович Поздняков (25 июня), младший сержант Семён Ильич Журавлёв (5 сентября); красноармеец-стрелок Дильмурат (Дирмурат) Бабаев (22 июля).
Кроме того, трое солдат при выполнении служебно-боевых задач получили ранения.
Однако все эти потери не были напрасными. Так, к началу октября сорок пятого полком в вверенном ему оперсекторе только пленными был захвачен пятьсот один человек из числа бандитов и прочих общеуголовных элементов. Впечатляет и общее количество доставшихся тогда «зелёным фуражкам» боевых трофеев: взрывчатка – 41 кг; мины – 94 единицы; пулемёты – 12; автоматы – 28; винтовки и карабины – 91; пистолеты – 12; патроны – 38885 единиц; сигнальные ракеты – 69; бинокли – три штуки.
12 октября 1945 года – официальная дата переформирования 31-го погранполка в 115-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды пограничный отряд войск НКВД СССР Управления погарничных войск НКВД СССР Литовского округа. Переформирование проходило на основании приказа НКВД СССР № 001109 от 18 сентября 1945 года в литовском городе Кедайняй.
Совершив 15 октября 1945 года комбинированный марш из литовского Кедайняя в восточнопрусский город Виттенберг (ныне – посёлок Нивенское Багратионовского района), эта новосозданная пограничная часть приступила к охране советско-польской границы на 70,2-километровом участке - от залива Фришес-Хафф (ныне – Висленско-Калининградский залив) до местечка Пошлонен (исключительно). Всего: по суше – 64,7 км, а по глади морского залива - 5,5 км. Под место же дислокации штаба отряда был выбран город Виттенберг.
За период с 15 октября по 31 декабря 1945 года на участке данного погранотряда, благодаря высокой бдительности и профессионализму личного состава служебных нарядов, было задержано 270 нарушителей госграницы, пятеро из которых впоследствии были изобличены как агенты иностранных разведок, а пятьдесят человек - как бывшие военнослужащие вермахта, бежавшие из советских лагерей для немецких военнопленных и лесами теперь пробиравшиеся на Запад.
Нередко нарушители при задержании оказывали вооружённое сопротивление, что приводило к безвозвратным потерям в рядах стражей границы. В частности, в первой половине июня 1946 года при исполнении воинского долга погиб ковочный кузнец 115-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда войск МВД СССР рядовой Василий Дмитриевич Бабакин. С отданием последних воинских почестей однополчане похоронили его на братском воинском кладбище города Прейсиш-Эйлау (ныне – Багратионовск).
На основании приказа МВД СССР № 01131 от 12 декабря 1946 года 115-й пограничный Кёнигсбергский ордена Красной Звезды отряд был переформирован в одноименный 24-й погранотряд с местом дислокации штаба в городе Озёрске Калининградской области. Прежде охраняемый им участок протяжённостью в 70,2 км советско-польской границы вместе с дислоцирующимися здесь погранзаставами перешёл с 5 января 1947 года под юрисдикцию соседнего 95-го пограничного ордена Ленина отряда.
Теперь же в зоне ответственности 24-го пограничного Кёнигсбергского ордена Красной Звезды отряда оказался 90,656-километровый участок советско-польской границы, пролёгший на стыке Польши, Калининградской области и Литовской ССР и прежде (с 12 октября 1945 года) охранявшейся 97-м пограничным отрядом Литовского округа войск НКВД-МВД СССР. Всего в состав ново-старой части вошло шесть пограничных застав.
Расформирован отряд был на основании приказа МВД СССР № 063 от 10 марта 1956 года, но на основании другого приказа МВД СССР - № 0080 от 23 марта 1956 года - входившие в него подразделения в целях сохранения боевых традиций прославленного 31-го погранполка были влиты в состав 95-м пограничного ордена Ленина отряда, которому как правопреемнику тогда же перешли воинское почётное наименование «Кёнигсбергский» и боевая награда в лице ордена Красной Звезды № 897635 (вместе с Грамотой Президиума Верховного Совета № 737/605 от 28 мая 1948 года был передан 95-му отряду 13 апреля 1956 года из Музея пограничных войск МВД СССР). В результате эта в/ч стала впредь официально именоваться как 95-й пограничный Кёнигсбергский ордена Ленина и Красной Звезды отряд.
Вложения
___._____115____._________.jpg
Последний раз редактировалось sobkor 15 дек 2005, 17:25, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 16 дек 2005, 10:08

ГДЫНСКИЙ ОРДЕНА КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ ПОГРАНИЧНЫЙ ПОЛК ВОЙСК НКВД СССР, одна из наиболее прославленных воинских частей войск НКВД СССР, ярко отличившаяся в годы Великой Отечественной войны и, в том числе, в боях за Восточную Пруссию, и одновременно - один из двух бывших пограничных полков войск НКВД СССР, удостоенных воинского почётного наименования «Гдынский».
Ныне – 6-й (Псковский) пограничный Гдынский ордена Красной Звезды отряд (в/ч 2294) Северо-Западного регионального пограничного управления ФСБ России.
Сформирован был 5-20 мая 1944 года на основании соответствующего приказа начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла 2-го Белорусского фронта как 218-й пограничный полк войск НКВД СССР (но ежегодно празднуемый день части, установленный в послевоенный период приказом министра внутренних дел СССР, – 1 мая).
Место рождения - деревня Ново-Вихряны Мстиславского района Могилёвской области бывшей Белорусской ССР.
Первый командир – полковник Веснин.
К несению службы по своему боевому предназначению приступил 1 июня 1944 года. В частности, двигаясь по маршруту: деревня Ключики – деревня Ляжки (обе – бывшего Березинского района Могилёвской области) – деревня Драчково Смолевичского района Минской области – деревня Котяги бывшего Чатовского района Минской области – деревня Дзявки – деревня Заречье (обе – бывшего Иванецкого района Могилёвской области) – деревня Руда бывших Ново-Груздского района Барановичской области – деревня Жуки Жидомельского района бывшей Белостокской области (ныне – территория Подлясского воеводства Республики Польша) – деревня Хорунжинцы Августовского района Белостокской области, зачищал тылы победно наступающих войск 2-го Белорусского фронта.
С 22 июня 1944 года – на охране тыла 49-й и частично 50-й армий 2-го Белорусского фронта. Отличился в боях по освобождению советской Белоруссии. Вот лишь краткая хроника июля сорок четвёртого.
7 июля. В 14.00 у посёлка Ленинский Березинского района Минской области разведывательно-поисковая группа (18 штыков во главе со старшим лейтенантом Овчаренко), выдвинувшаяся от 2-й резервной заставой для выполнения боевого задания в село Большое Тростино, внезапно лицом в лицо столкнулась со сводным подразделением противника общей численностью около сорока до зубов вооружённых солдат и офицеров.
Завязался бой, победителями в котором, благодаря высокому ратному мастерству, всё же вышли пограничники: не потеряв в своих рядах ни одного человека, сумели истребить шестнадцать и пленить троих гитлеровцев.
Особенно метко с грамотно выбранных позиций разили врага старший лейтенант Валов (из ППШ уложил семерых фашистов), сержант Поташкин и красноармеец Куликов (каждый из них сразил троих), младшие сержанты Поздрин и Титов (каждый - по два фашиста).
15 июля. Боевой отряд от 3-го стрелкового батальона в составе 13-й линейной и 3-й резервной погранзастав во главе с помощником начальника штаба батальона по боевой подготовке лейтенантом Бахтенко, выявил и в ходе короткого, но жаркого боя полностью ликвидировал сводное подразделение гитлеровцев, скрывавшееся в лесном массиве, расположенном севернее деревни Паусье Минской области.
Итог этой чекистско-войсковой операции: убито - пять немецких солдат и офицеров, пленено – шестнадцать; трофеи – тринадцать винтовок, пять автоматов, четыре пистолета. С нашей стороны смертью героя погиб санинструктор 13-й пограничной заставы 20-летний красноармеец Пётр Илларионович Спирин.
16 июля. Ядро 1-го стрелкового батальона во главе с начальником штаба данного батальона капитаном Максименко у озера Хромань завязало встречный бой с крупным (до 500 штыков) подразделением власовцев.
Схватка длилась пять часов подряд и закончилась полным разгромом пограничниками противника. Как сказано в архивном документе, «благодаря умелому руководству и смелым и решительным действиям личного состава батальона было уничтожено 350 власовцев, остальные, рассредоточившись мелкими группами и одиночками, скрылись в лесу. Захвачены трофеи и ценные документы».
20-е числа июля. В километре юго-восточнее деревни Ворот бывшей Белостокской области (ныне – территория Подлясского воеводства Республика Польша) служебным нарядом от 3-й пограничной заставы (семь военнослужащих во главе с сержантом Вертипорохом) была выявлена и уничтожена вражеская группа из десяти вооружённых автоматами и винтовками солдат и офицеров. При этом отличились сам старший наряда, а также его ближайший помощник - сержант Петрушин, который в ходе боя возглавил одну из двух штурмовых групп.
С 1 августа 1944 года 218-й пограничный полк войск НКВД СССР приступил к выполнению служебно-боевой задачи по охране тыла 50-й армии и 3-го гвардейского кавалерийского корпуса 2-го Белорусского фронта. Впоследствии, по-прежнему при этом находясь в подчинении Управления войск НКВД СССР по охране тыла 2-го Белорусского фронта, ярко отличился в ходе Восточно-Прусской и Восточно-Померанской стратегических наступательных операций. В частности, за боевую доблесть, проявленную 28 марта 1945 года при освобождении польского города Гдыня, приказом Верховного Главнокомандующего, наряду с 219-м пограничным полком войск НКВД СССР, был удостоен воинского почётного наименования «Гдынский». А уже после капитуляции гитлеровской Германии на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1945 года - ордена Красной Звезды. В этот период полком уже командовал подполковник Борис Алексеевич Румянцев.
Если исходить из Книги Памяти пограничных войск, на подступах к Восточной Пруссии и боях за неё в ходе Восточно-Прусской и частично Восточно-Померанской стратегических наступательных операций смертью героя пало в общей сложности не менее одиннадцати военнослужащих 218-го пограничного полка войск НКВД СССР Управления войск НКВД СССР по охране тыла 2-го Белорусского фронта: 23 ноября 1944 года - ефрейтор Иван Максимович Мельников; 29 ноября 1944 года - старший сержант Фёдор Георгиевич Румилов; 25 января 1945 года - старший сержант Харрис Галиевич Галиев, красноармейцы Пётр Семёнович Григоревский, Яков Леонтьевич Ларченко и Яков Леонтьевич Парченко; 4 февраля 1945 года - младший сержант Иван Иванович Фомкин, красноармеец Анатолий Алексеевич Фофанов; 22 февраля 1945 года - майор Шибаев, капитан Василий Григорьевич Фролкин и младший лейтенант Харитонов.
Как следует из исторического формуляра части, в период с июня 1944 по июль 1945 годов в ходе выполнения боевых задач по охране тыла действующей армии личным составом двести восемнадцатого Гдынского орденоносного было выявлено и обезврежено в общей сложности 37 тысяч вражеских элементов и, в том числе, 12 тысяч представителей различных немецких организаций нацистского толка, около 5 тысяч пытавшихся вырваться из окружения гитлеровских солдат и офицеров, не одна сотня вражеских лазутчиков в лице разномастных шпионов и диверсантов.
За боевую доблесть, проявленную на фронте борьбы с фашизмом, 242 военнослужащих полка были удостоены государственных наград.
День Победы личный состав полка встретил в центральной Германии.
19 июня 1945 года из состава 218-го пограничного Гдынского ордена Красной Звезды полка войск НКВД СССР для охраны предстоящей Потсдамской (Берлинской) конференции глав правительств великих держав-победительниц во 2-й Мировой войне (17 июля-2 августа 1945 года) был сформирован сводный батальон численностью в 240 штыков.
По неофициальным данным, до конца 1940-х дислоцировался в северных провинциях Польши, а затем, после переформирования в 6-й одноимённый пограничный отряд, - в Эстонии (штаб части – город Раквере), где, «поглотив» в себя бывшие погранзаставы 99-го пограничного отряда, принял под охрану подступы к Ленинграду и северное побережье Эстонской ССР.
В марте 1954 года в 6-й пограничный Гдынский ордена Красной Звезды отряд войск МВД СССР отряд был влит 93-й Добромильский пограничный отряд, сформированный летом 1944 года под Харьковом и с августа того же года дислоцировавшейся на Западной Украине – на территории Старосамборского района Львовской области.
В апреле 1946-1954 гг. сначала в 99-м (Ракверском), а затем в 6-м (Ракверском) Гдынском ордена Красной Звезды пограничных отрядах войск Управления пограничных войск МВД-МГБ Ленинградского округа в должности старшины одной из пограничных застав проходил службу Герой Советского Союза старший сержант Николай Иванович Аверченко (18.12.1922-03.07.1960), который совершил свой бессмертный подвиг в апреле 1945 года при форсировании рек Одер и Шпрея, находясь в рядах Красной Армии.
Живой легендой части в первый послевоенный период являлся и старшина Геннадий Гордеев, секретарь комсомольской организации одной из штатных погранкомендатур: пограничник-фронтовик с 1944 года, кавалер ордена Ленина (1951), медалей «За боевые заслуги» (1944), «За отличие в охране государственной границы СССР» (1951), «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «ХХХ лет Советской Армии и Флота», а также двух нагрудных знаков служебной доблести «Отличный пограничник».
На основании Постановления Президиума ЦК Компартии Эстонии от 13 августа 1963 года (протокол № 60) и изданным в его во исполнение приказа КГБ при Совете Министров СССР от 7 сентября 1963 года одной из пограничных застав 6-го (Ракверского) пограничного Гдынского ордена Красной Звезды отряда было присвоено имя героически погибшего в Литве в бою с немецко-фашистскими захватчиками политрука Петра Андреевича Родионова (1915-22.06.1941), заместителя начальника пограничной заставы по политической части 106-го Таурагского пограничного отряда войск НКВД СССР Управления пограничных войск НКВД Белорусской ССР. (Ныне - это дислоцирующаяся в Печорском районе Псковской области пограничная застава «Лазарево».)
В июле 1969 года воины Гдынского ордена Красной Звезды пограничного отряда Прибалтийского пограничного округа КГБ при Совете Министров в ходе 12-часового поиска настигли и после короткой схватки обезвредили двух вооружённых автоматом и обрезом террористов, совершивших неудачную (при этом ими был ранен бортрадист) попытку захвата самолёта «Аэрофлота». Тринадцать наиболее отличившихся пограничников части были впоследствии удостоены за этот подвиг медали «За отличие в охране государственной границы СССР», в том числе и руководитель операции лейтенант И. Дударенко, а также рядовой А. Зудилов, которому выпало в одиночку вступить в рукопашную с одним из тех двух террористов.
6-й (Ракверский) пограничный Гдынский ордена Красной Звезды отряд Краснознамённого Прибалтийского пограничного округа по итогам 1990 года был признан лучшим в пограничных войск КГБ СССР. В этот период им командовал полковник Валерий Павлович Куксов.
Кроме того, в разное время за высокие показатели в службе по охране Государственной границы отряд был отмечен Ленинской юбилейной почётной грамотой ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР, Почётной грамотой Военного Совета пограничных войск КГБ СССР и неоднократно - Переходящим Красным знаменем Военного Совета Прибалтийского пограничного округа КГБ СССР.
В связи с выводом российских пограничных войск с территории суверенных государств Балтии к осени 1992 года (но первая группа офицеров прибыла сюда уже 14 июля) был передислоцирован в Печорский район Псковской области, где, войдя в состав современного Северо-Западного регионального пограничного управления ФСБ СССР, принял под свою охрану около 280 км российско-эстонской и около 50 км - российско-латвийской границы.
В 1994 году командование части доложило федеральному центру о своевременном выполнении Указа Президента РФ об установлении и обозначении в одностороннем порядке Государственной границы с Эстонской Республикой.
В 1995 году Псковской пограничный Гдынский ордена Красной Звезды отряд занял первое место в Северо-Западном пограничном управлении ФПС России по инженерному оборудованию Государственной границы. А в 2001 году он был признан лучшим в регионе по результатам служебно-боевой деятельности, за что удостоился переходящего штандарта Северо-Западного регионального управления Федеральной пограничной службы РФ. Сама торжественная церемония награждения была произведена в феврале 2002 года в центре Пскова - на площади Победы у Вечного огня.
Из хроники середины-второй половины 1990-х:
- 1 апреля 1994 года. В схватке с вооружёнными нарушителями границы погиб военнослужащий 8-й пограничной заставы «Печоры» рядовой Вячеслав Андреевич Цыганков;
- 11 марта 1996 года. Пограничный наряд заставы «Личниково» в составе сержанта А.А. Паценко и рядового А.Н. Барашкова по горячим следам в ходе погони настиг и обезвредил двух нарушителей государственной границы, вооружённых восемнадцатью пистолетами ТТ;
- 10 марта 1999 года. Наряд 8-й пограничной заставы «Печоры» в составе младшего сержанта К.А. Дроздова и рядового В.Н. Перькова своевременно обнаружил неизвестного, скрытно выдвигавшегося к сопредельной территории, и, выдвинувшись вперёд броском, задержал его в момент преодоления им реки Пиуза, по фарватеру которой и проходит линия границы. При личном досмотре у данного нарушителя были обнаружены и на правах контрабанды изъята крупная сумма иностранной валюты (2600 немецких марок и 960 долларов США), а также золотые ювелирные украшения общую на сумму, превышающую 50 тыс. рублей.
Как следует из сообщений СМИ, в 2004 году военнослужащие отряда, благодаря высокой бдительности и должному боевому мастерству, в зоне своей ответственности выявили и задержали 48 нарушителей границы и 600 нарушителей пограничного режима. Они же пресекли нелегальную транспортировку через госграницу 3,91 кг наркотических средств, из которых 10 граммов – это героин, а остальное - маковая соломка. Кроме того, у браконьеров на правах незаконных орудий лова было изъято 25 км рыболовных сетей.
За первый квартал 2005 года Псковским погранотрядом (но при содействии со стороны трёхсот дружинников из состава 15 работающих здесь пограничных ДНД) было задержано 13 нарушителей госграницы и 158 нарушителей пограничного режима.
Яркая страница в современной истории части - это и участие личного состава её мотоманёвренной группы и резервной заставы в боевых действиях на территории Республики Таджикистан и в зоне проведения в Северо-Кавказском регионе контртеррористической операции. Особенно свято здесь хранят память о двух погибших в ходе тех боевых командировок товарищах: 17 февраля 1994 года в Таджикистане при выполнении воинского интернационального долга в результате авиакатастрофы погиб заместитель начальника отдела кадров и работы с личным составом в/ч 2294 подполковник Виктор Васильевича Гусев, а 1 марта 1995 года в Чечне от рук боевиков-террористов – командир автовзвода майор Виктор Леонидович Мыльников…
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 17 дек 2005, 11:36

«КАЛИНИНГРАД» ОТРЯД ПОГРАНИЧНОГО КОНТРОЛЯ (ОПК), воинская часть современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
Свою историю ведёт от Отдельного контрольно-пропускного пункта «Вержблово» Управления пограничных войск НКВД Литовского округа, которое 22-25 октября 1945 года было передислоцировано из литовского города Каунас в Кёнигсберг для участия в охране государственной границы в пределах отошедшей к Советскому Союзу в соответствии с решениями Потсдамской конференции части территории бывшей Восточной Пруссии.
Так, в соответствии с приказом МВД СССР № 00289 от 5 апреля 1946 года на базе ОКПП «Вержблово» был сформирован Отдельный морской контрольно-пропускной пункт «Кёнигсберг» со штатной численностью в 75 военнослужащих.
В состав новосозданной воинской части тогда вошли: управление; стрелковый взвод и четыре отделения - 5-е, проверки документов и политического контроля, досмотра и оформления судов, материально-технического снабжения.
Задачи, которые в тот период выполнял Отдельный морской КПП «Кёнигсберг»: осуществление политического контроля, досмотра, оформления, охраны и сопровождения советских и иностранных судов загранплавания, транспортных средств и пассажиров, следующих в зарубежные страны, а также прибывающих в порт «Кёнигсберг»; досмотр и оформление пассажиров, следующих воздушным транспортом по маршруту «Москва - Берлин».
На основании приказа МВД СССР № 0749 от 9 августа 1946 года переименован в Отдельный морской КПП «Калининград», а на основании приказа МВД СССР № 00130 от 19 февраля 1954 года в связи с расформированием Управления пограничных войск МВД Литовского округа переподчинён командованию Управления пограничных войск МВД Западного округа.
16 марта 1952 года в/ч впервые понесла в своих рядах безвозвратные потери: в этот день «при исполнении служебных обязанностей» (однако какие-либо подробности неизвестны) погиб 32-летний контролёр 3-го отделения капитан Николай Васильевич Гоман, выпускник экстерната Харьковского пограничного военного училища НКВД СССР имени Ф.Э. Дзержинского 1940 года, кавалер двух боевых наград - ордена Красной Звезды и медали «За боевые заслуги». Его похоронили в Калининграде.
В 1965 году Отдельный морской КПП «Калининград» лишался статуса отдельной воинской части, поскольку был влит в состав 95-го пограничного Кёнигсбергского ордена Ленина и Красной Звезды отряда.
26 февраля 1967 года при досмотре уходящего в рейс к берегам ГДР теплохода «Сырве» отличился контролёр КПП «Калининград» младший сержант Голубев. Последний распознал и выявил в одной из кают хитроумный тайник с контрабандой: под упаковкой преднамеренно небрежно положенных на книжную полку шоколадных плиток оказались в действительности советские деньги и валютные чеки Внешторгбанка…
С 16 июня 1976 года - вновь в статусе отдельной воинской части: Отдельный контрольно-пропускной пункт (ОКПП) «Калининград» Краснознамённого Прибалтийского пограничного округа КГБ при Совете Министров СССР. С этого момента в его составе на правах структурных подразделений входят современные ОКПП «Железнодорожный», автомобильный пункт пропуска «Багратионовск», отделения пограничного контроля «Мамоново – автодорожное» и «Мамоново – железнодорожное».
Переформирование завершилось к 1 июля 1976 года, в силу чего дата 1 июля – теперь ежегодно празднуемый День части.
С сентября 1992 года – в составе современного Краснознамённого пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
В своём нынешнем статусе отряда пограничного контроля – с 1997 года.
По итогам 1998 года отряд был признан лучшим в системе пограничного контроля России.
В настоящий момент в состав ОПК «Калининград», помимо управления, штаба, подразделений боевого обеспечения и тыла, на правах штатных структур входят:
- ОКПП «Железнодорожный»;
- шесть морских отделений пограничного контроля - «Калининград - торговый порт», «Калининград - речной порт», «Калининград – пассажирское», «Балтийск», «Пионерский» и «Светлый»;
- четыре автомобильных отделения пограничного контроля - «Мамоново – автодорожное» и «Куршская коса», а также автомобильные пункты пропуска «Багратионовск» и «Гусев»;
- отделение пограничного контроля «Мамоново – железнодорожное»;
- отделение пограничного контроля «Храброво».
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.

На СНИМКАХ: сегодняшние будни личного состава ОПК «Калининград».
Фото старшего мичмана запаса Михаила УРСУЛА.
Вложения
PICT0058.JPG
PICT0053.JPG
PICT0052.JPG
PICT0051.JPG
____________________3.jpg
___________________________.jpg
____________________.jpg
Последний раз редактировалось sobkor 17 дек 2005, 12:07, всего редактировалось 1 раз.

Аватара пользователя
Nick
Участник
Сообщения: 426
Зарегистрирован: 01 авг 2005, 11:06
Откуда: Черняховск-Москва
Контактная информация:

Сообщение Nick » 17 дек 2005, 13:26

Щас вот придет наш заслуженный пограничник и расскажет, что такое ОКПП!

Как-то раз я вспоминал о о книге В.Полякова "Момент истины", где упоминалась разведшкола Абвера (войсковая разведка) в оайоне города Инстербург, занимающая подготовкой разведывтельно-диверсионных групп для заброски на территорию Советского Союза. По некоторым сведениям подобное "учебное заведение" располагалось в нынешнем пос. Зеленый Бор Черняховского района. Несколько раз слыщал, что около поселка есть заброшенный полевой аэродром, но сам его не видел.
Сдается мне, что эта школа была неплохой кузнецей кадров для организации сопротивления войскам Красной Армии на территории Восточной Пруссии.

Аватара пользователя
sobkor
Форумчанин
Сообщения: 6972
Зарегистрирован: 08 авг 2005, 19:04
Откуда: Калининград
Контактная информация:

Сообщение sobkor » 17 дек 2005, 15:01

Как иллюстрация к словам Nickа - цитата из моего очерка о 86-м пограничном Кёнигсбергском полку войск НКВД СССР (полную версию данного очерка в ближайшее время выставлю на форуме «Лесные братья», Инстербург, 1945…»):
«В ходе осуществлённой осенью 1944 года Прибалтийской стратегической наступательной операции 86-й пограничный полк войск НКВД СССР действовал на левом фланге 3-го Белорусского фронта - вдоль линии современной российско-польской границы. В середине ноября 1944 года на территории Восточной Пруссии его служебными нарядами при поддержке со стороны контрразведчиков 16-го гвардейского стрелкового корпуса 11-й гвардейской армии была выявлена и ликвидирована зондеркоманда, оставленная немецким контрразведывательным органом «Абверштелле Десеверкрайс коминдос 1 Кёнигсберг» в тылу наших войск с диверсионно-разведывательной и террористической миссией.
Костяк последней составляли девять отборных нижних чинов из зондеркоманды майора Фреверта, охранявшей от элитного полка «Герман Геринг» дачу нацистского рейхсмаршала Германа Геринга, расположенную в районе населённого пункта Роминтен (ныне – посёлок Радужное Нестеровского района Калининградской области). Командовал группой фельдфебель Биоксдорф.
В распоряжении диверсантов имелись спрятанные в чаще Роминтенского леса три схрона с вооружением и трёхмесячным запасом продовольствия. Связь с разведцентром в Кёнигсберге осуществлялась ими как по радиосвязи, так и посредством голубиной почты, для чего они имели при себе две рации и десять почтовых голубей.
В течение полутора месяцев пребывания в оперативном тылу советских войск зондеркоманда фельдфебеля Биоксдорфа выдала в эфир десять радиограмм с разведданными и предприняла две (к счастью, по отношению к нам оказавшиеся безуспешными) попытки подрыва мостов.
Разгром данной зондеркоманды начался 14 ноября, когда одним из служебных нарядов 86-го погранполка в чаще Роминтенского леса по горячему следу были настигнуты и обезврежены трое её активных бойцов. Двоих из них пограничникам тогда удалось взять живыми, при этом в качестве трофеев были захвачены четверть центнера взрывчатки и двадцать пять ручных гранат.
Остальных диверсантов, в том числе и их руководителя фельдфебеля Биоксдорфа, на основании оперативных данных, полученных в тот же день от пограничников, изловили военные контрразведчики из подразделений «Смерш» 16-го гвардейского стрелкового корпуса».
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Ответить